37-ой день 27 сентября. «Новый 37-ой»

Дима, похожий на Пашу Божка, утверждал, что, когда они были на Приполярном Урале, то там что в реку ни кинь, сразу что-нибудь попадается. Они за тайменем приехали, а пока клюнет таймень, так прочую рыбу уже и девать некуда.
Парились в небольшой бане. Строили и отделывали эту баню видно с большой любовью. Немало отделочной работы лобзиком. Баня выдалась ядреной. Термометр показывал 95.

 


Разъехались часа в четыре утра. Сашу посадили за руль. После того, как мы остались без Максима, ездить на месте штурмана не котировалось. Сегодня посадили Славу, чтобы развлекал Сашу. Но они поспорили и чуть даже не рассорились. Там речь шла о конфликте американского Юга и Севера. Ситуацию спасла сломавшаяся новая и суперсовременная педаль газа, изготовленная с использованием последних нанотехнологий.   Новую сломанную педаль газа заменили на старую, тоже сломанную, педаль газа.  
В ста  километрах от Свердловска завтракали в очередном придорожном кафе. Разносила пищу тетя в строгих очках с такими же строгими тесемками. Вид какой-то совсем педагогический. А заказывали мы у круглолицей бабы любезного вида и с неестественно пухлыми губами. Что-то доброе и коровистое было в этом облике.
Обсуждали, ЧТО делать по приезду. Разойтись, или собирать встречающих. Решили все-таки приехать более высокопарно. Только ничего гениального в голову не приходило. Хотели снять столовую и заказать обеды. Потом все решили упразднить до фуршета. Кому надо возиться с этими обедами.
- Что у нас на счет сопровождающего эскорта?
- Давай назначим. А будет он или нет, это уж как получится.
За столом сбоку пришел и сел дядька-пузатик. Манера общаться излишне развязно-самоуверенная. Задавал вопросы по поводу поездки в Магадан.
- А что там ездить. Сколько тут, двенадцать тысяч-то в одну сторону.
- Так УАЗик быстро ведь не идет.
- Под девяносто идет.
Но Сашенька не дал беседовать в саркастичном тоне.
- Нет 60-80 мы едем.
С восточной стороны Свердловска. Местность ничем не примечательна. Как Красный Пояс. Белоруссия подле Орши. Меньше только лишь населенных пунктов. Обширные плавные поля и выгоны, перемежающиеся перелесками. Поля цветущих рапсово-просяных культур.
Въехали в Свердловск. Город дался нам достаточно дешево. Движение, конечно, сильнейшее. Мы здесь не плутали и ничего не искали. Ехали с начала по проспекту со странным названием «Сибирского Тракта Дублер». Города нас к этому времени не интересовали совершенно. Фотографировать их мы обленились. Этнос, архитектура, экономические особенности Города и Края нас меньше всего к этому времени уже интересовали. Если была через город объездная дорога, шли по объездной. Куликовским Полем, Городами, Национальными Культурами заниматься лучше по пути вперед. Чтобы это было по нарастающей. А может за один поход уместиться может только определенный багаж впечатлений, и к ним потом становишься толерантен.

Вообще жить в батоне нас устраивало. Скажу вам, полтора месяца гиподинамии на здоровье отражаются неблагоприятно. Тем не менее, мы привыкли и жили с удовольствием в передвижном сарае. В походы больше чем на 33 дня я еще пока не ходил. Пошел новый 37ой день – поздняя осень автопробега. Оглядываясь, на прошедшее, можно сказать, что путешествовать лучше на грузовике, типа шишиги. Но, начинать – только на батоне – простом до гениальности в конструкции и нелепом в исполнении. В те времена, когда это наследие сошло с конвейера в шестидесятых годах, обладатель батона частник, приравнивался к Господу Богу. Если повернуть время вспять,  вернуть все как было, и предложить стартовать по новому, все равно мы бы поехали исключительно на батоне.
 Случилось у нас накануне ЧП. Сталось так, что Слава головой раздавил Сергеевы очки. От постоянного ношения линз развился с двух сторон конъюнктивит. Глаза были красные, склеры инъецированные, будто два дня бухал. Попытки с третьей очки удалось склеить. Сергей ходил теперь с треснутым левым ….. (настаивает, чтобы писали стеклом).
Наш Саша на выезде из Свердловска начал баловаться :  «Так я делаю на своем Субару». Вилял. Открывал на ходу дверь, чтобы освободить левую полосу. По ряду, которому разрешено, влезал на перекресток и становился перед первым.
- В Ленинграде за это могут выйти и фары разбить.
- Я так в Минске делаю, когда ошибаюсь полосой, и фары не бьют. А что мне оставалось делать? Поворачивать направо, когда нам нужно прямо?
Мы разозлились. Но Саша больше не баловался. Вообще за рулем он просидел, если не сутки, то точно больше полусуток. И его требовалось менять.
Глаз на одной из заправок Лукойл нашел диск (Сергей настаивает, что на мусорке). MP3 формат назывался “Золотые хиты  Сочи 2». Сам диск оказался испорченным. Но на нем была изображена брюнетка  на фоне пальм с мороженым, огромным бюстом  и в полосатом лифчике.

Диск на Сергея подействовал раздражающе. Требовал выбросить немедленно, но постепенно он утвердился в машине.
Что тут началось. Каждые пять километров. ГАИ. По пути вперед нас останавливали один раз.  Это мы как-то удачно проскочили. Теперь тормозить нас начали каждый день по несколько раз. А иногда даже чрезмерно часто.
Педаль газа заварили сваркой и старую и новую на одном из автосервисов. Маленький вертлявый сварщик в кожаной куртке и такой же шапке был излишне развязным и разбитным малым. Одну педаль газа варили на месте. Створку тяжелых ворот ангара ветер гонял и давал нашей машине этой створкой под зад. Машине от этого не было никакого дела. Слава пробовал подпереть кирпичом и засунул его между дверью и косяком. Кирпич размололо в куски.

- Сто рублей в кассу, пятьдесят мне на карман.
В следующем ангаре проверили, как у нас там подкачаны колеса. Оказалось, что даже избыточно.
Небо стало еще более пасмурным, до этого день был ясным, но не солнечным. Проехали реку Чусовая и краем Первоуральск. Здесь когда-то начинался наш 33 поход. По этой самой реке прошли мы вниз отсюда 380 километров.
Сашу поменял Глаз. Он, Саша, явно устал уже и слишком уж эмоционально спорил с Сережей про политические режимы.
Въехали в Пермский край. На обочинах постоянно кто-то чинится. Фуры по узкой дороге шли сплошным редко прерывающимся потоком. Дорога очень рельефная. К тому же еще и извилистая. Асфальт был сначала неплохим, ближе к Перми, совсем ухудшился. Машину и без того приходилось ловить в пределах полосы. Проблему с люфтом-то и не удалось нам разрешить. Кроме того налетал иной раз такой порыв ветра, что батон явно подкидывало в сторону. Высокие бугры сливались в туманных далях в сплошной пестрый ковер желтой лиственной зелени, на котором проступали темные хвойные проплешины. Местами из этих массивов возвышались высокие, трехугольно-раскидистые мачты, имеющие отношение  к сфере электроснабжения.


С наступлением темноты, позасыпали остальные. Распелась голосисто и разливно ранняя Земфира. Ехать я освоился, уже было не стремно. С удовольствием подмигивал после встречи с ГАИ (каждые десять километров) встречным фарами, показывал поворотами, чтобы меня обгоняли. Бывало, собирал напирающий сзади огненный хвост фар. На крутых подъемах, где есть в попутном направлении дополнительная полоса, эту всю, или не всю кавалькаду я пропускал. Так повторялось снова и снова. Все оставшиеся 260 километров до Перми. Пермь по объездной дороге. Это длинный, освещенный фонарями сплошной коридор между дорожными отбойниками. Две полосы в одну сторону с разделительной и тоже отгороженной полосой. Не было еды. Все давно закрыто, тем более, что сегодня было воскресенье. Заправки попадались все больше без ночников.
Трое суток оставалось до завершения проекта.   

Оцените этот материал:
36-ой день 26 сентября. Как упоительны в России ве...
38-ой день 28 сентября. «Один день Ивана Денисович...

Люди, участвующие в этой беседе

Оставьте свой комментарий

Оставить комментарий от имени гостя

0
Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором. Чтобы избежать этого - зарегистрируйтесь.
правилами и условиями.