Двое на четырех колесах на Полесье

Двое на четырех колесах на Полесье

Текст - Константин Минкевич (КМ), Павел Петров (ПП)

КМ

Прошлогодний майский велопоход вдохновлял повторить. Тем более, у меня уже был намечен план, куда ехать – на Полесье.

Изначально маршрут составлял около 550 км и планировался на неделю или чуть больше. В силу разнообразных жизненных обстоятельств в итоге трек усох до 300 км, а продолжительность – до 4 дней.

Я выложил анонс на сайт и принялся ждать толп жаждущих присоединиться. Толп не было. Возможно, апрельская разминка напугала нестойких духом, возможно, обострилась конкуренция – мне неведомо, но звенящая тишина была единственным ответом на казавшееся таким заманчивым предложение.

Только Павел Петров отозвался в смысле «я не уверен, но может быть». Когда, наконец, стало понятно, что рассчитывать на массовый велопробег не получится, Павел подтвердил свое участие.

Мелькали еще желающие поучаствовать в сильно редуцированном виде, но у них в итоге ничего не вышло.

ПП

Начало весны в 2017 году для велопоездок выдалось благоприятным – снег на дорожках растаял рано, в конце февраля, и весь март стояла необычайно теплая погода с минимальным круглосуточным плюсом. Но что являлось теплыми по меркам марта днями, для апреля было обычной климатической нормой, а для начала мая – и вовсе прохладной погодой. Каждый день этой весны становился днем сурка в плане погоды – +5+8° в районе обеда, пасмурно, временами дождь. Тёплых дней с максимальной температурой от +15° за два с половиной месяца едва ли набралось пяток, два из которых пришлись на время нашей велопоездки на земли дреговичей, о которой я хочу рассказать в этом отчёте.

Как обычно, для меня началось всё с чтения анонса. На майские удлиненные выходные с 6 по 9 мая за четыре дня предлагалось проехать 300+ км. по маршруту Житковичи-Туров-Давид-Городок-Пинск-Закозель-Берёза, ещё вторая половина суток 5го мая отводилась под логистику Минск-Житковичи.

Предлагаемый маршрут проходил параллельно другим мероприятиям Магадана – катамаранному сплаву в Башкирии (рук. Глаз) и скалолазанию в Польше (рук. Смирнов), что в совокупности с подленьким переносом рабочего дня с понедельника, 8 мая на субботу, 6 мая и поистине шокирующее-фантастическими прогнозами синоптиков (бОльшей частью сбывшимися, но об этом ниже) привело к тому, что состав участников выглядел довольно аскетично.

Погодные условия (температуры максимальные дневные). Прогноз: 6-го и первая половина 7-го мая сухо, ясно, тепло (+21..+23°); вторая половина 7-го мая – дождь; 8-го мая (понедельник, третий день поездки) – похолодание до +5..+10°, умеренный дождь, переходящий в сильный; 9-го мая (вторник, заключительный день поездки) ночью и утром заморозки, днем 0..+5°, снег.

 

Фактическая погода: см. по тексту.

КМ

Итак, на этот раз отправлялись вдвоем. Новый (для меня) опыт поездки с велом в плацкарте выявил одну слабую сторону этого дела – необходимость переть с собой велочехол. Строго говоря, есть еще и вторая слабая сторона – привязка к конкретному поезду, но при нормальном планировании ты и так привязываешься.

Из плюсов – относительно недорого, выходит дешевле, чем электричкой с отдельным билетом на вел, быстрее и дальше.

В общем, ехать можно. Попутно я протестировал систему электронной регистрации, как оказалось, работает без всяких нареканий, даже на проходящем поезде в Калинковичах.

ПП

Подготовка к походу. Ничего сверхординарного, просто взял чуть больше теплой одежды, глядя на прогноз да и в кои-то веки купил чехол для велосипеда – из Минска в Житковичи ехали плацкартным вагоном, а туда пускают лишь с полуразобранным и упакованным велосипедом. Хотя я с Костей до похода и были знакомы, но всё равно не так уже много и общались - поэтому на этапе подготовки достаточно много переписывались-перезванивались, уточняя-обсуждая детали.

 

Наконец наступило 5 мая – всё собрано по списку, проверено и за час до отправления поезда Минск-Гомель я уже ожидал Костю на вокзале. Выезд выбрали ранним, сразу после работы – отправление в 17.10, чтобы пораньше доехать до начала трека. Билеты Костя взял электронные, в плацкартный вагон рядом с купе проводника на 2-ое и 4-ое места (верхние) – чтобы не тягать упакованные велосипеды через весь вагон. Вагон перед длинными выходными оказался полным.

Дорогу скрашивали разговорами. Константин рассказывал о своих путешествиях, периодически мы отвлеклись на обсуждение интересных нам ответвлений основной темы – мы всё более отдалялись от Минска. Поезд наш Минск-Калинковичи-Гомель после Жлобина свернул с прямой магистрали Минск-Гомель и на остановках начали выходить пассажиры. Вышли и наши попутчицы, настало и наше время делать пересадку в Калинковичах. Вышли на перрон уже стемневшим посвежевшим вечером, нашли свободную лавочку. Чуть больше часа мы провели, дожидаясь поезда Гомель-Брест. И за этот час раз пятнадцать, наверное, услышали объявление из репродукторов, что курение на территории вокзала разрешено только в специально отведенных местах – борьба с табаком в республике начала проникать и в глубинку.

КМ

 

Около полуночи мы высадились в Житковичах. По дороге было принято решение доехать до Припяти (примерно 20 км) и заночевать там. Вечерняя дорога способствовала веселому качению. Ставились, правда, ближе к 2 ночи, поэтому никакого особого ужина уже не было – назавтра был запланирован самый большой перегон, хотелось хоть немного выспаться.

ПП

Учитывая наличие полноценного света (белых фонарей спереди и красных габаритов сзади) у каждого из нас обоюдно решили ехать ночевать на дамбу в пойме Припяти в 15 километрах от вокзала. Свежий ночной воздух, самая что ни на есть комфортная температура для езды, наличие отдельной велодорожки в Житковичах и отличный асфальт трека, почти полная луна на небе и первые трели соловьёв, многоголосый ор бесхвостых земноводных позволили приятно проехать первые километры в ненапряжном темпе. На окраине рядом с дорогой попался подсвеченный ресторан в форме корабля – одна из ночных точек притяжения небольшого города. Как бы он нас ни манил, проехали мимо, тихо крича «кар-р-рамба!» и «diablo!», чтобы не спугнуть местную нечисть – время то позднее. Примерно в это же время я заглотнул какого-то ночного мотылька, что вызвало мощное зудение в бронхах и приступ кашля, как у каторжанина, оставившего половину своего здоровья на каменоломне. Что думал Костя обо мне, можно только догадываться. Ночной трафик на шоссе был минимальный, мы успешно проехали лесной массив и выехали в поля, где сразу бросилось в глаза яркое свечение на горизонте впереди и чуть левее по курсу – освещение моста через Припять. Через несколько километров нас неспешно догнал автомобиль ГАИ, обогнал по дуге, опять замедлился почти до нашей скорости, секунд десять проехал во главе, и добавив газа уехал на мост, окончательно потеряв к нам всякий интерес. Дорога наша начала медленно подниматься в гору по насыпи, огни фонарей на столбах начали стремительно приближаться, до места пересечения трассы с выбранной для ночёвки дамбой осталось метров двести-триста, как Костя резко затормозил – ему не понравился слишком крутой уклон и высота нашей насыпи, чтобы спускаться с тяжелонагруженными велосипедами, хотя я бы, честно говоря, рискнул бы спуститься по косой. Включили навигатор, глянули – оказалось полтора километра назад была развилочка, на которой надо было свернуть левее с шоссе – там на уровне поймы шла параллельная дорога, ведшая на дамбу. Развернулись, проехали с полкилометра, пока перепад высот между нашей эстакадой и нужной дорогой не уменьшился до приемлемого, перетянули велосипеды, проехали опять в сторону Припяти, проехали под пролетом моста и поехали по дамбе выбирать место под ночёвку. Гребень оказался безлюдным, метров 10 в ширину, поросший травой, а кое-где – кустами и некрупными деревьями, с накатанной грунтовкой и несколькими следами кострищ от пикников. В два часа ночи не особо то и важно, где ставить палатку – выбрали место почти рядом с разворотным кругом в конце, на травке с таким расчетом, чтобы утреннее солнышко с востока закрывалось деревьями, быстро поставили палатки, разложили вещи, состегнули велосипеды. Костра не разжигали, сидели не долго и, пожелав спокойной ночи, разошлись отдыхать в преддверии новых впечатлений.

КМ

Утро встретило вполне себе летним южным теплом и солнышком. Сразу захотелось ехать, наслаждаться природой и всякое такое. Теплу радовались не только мы, но и миллиарды мух, причем они стремились поделиться радостью с нами, поэтому густым роем вились вокруг. С некоторыми затруднениями вкусив завтрак, мы отправились на поиски приключений.

ПП

Наша дамба оказалась защитным сооружением, предохраняющем от подмыва во время паводка насыпь шоссе у моста. Этим же объясняется её асимметричность относительно шоссе – наш «ус» со стороны течения был более длинным. В свою очередь, дамба от размыва защищена железобетонными плитами, гигантской чешуёй закрывающими её склоны, на одной из которых была найдена надпись студенческого стройотряда за 1983 год. С дамбы открывается прекрасный вид в южном направлении на пойму Припяти, представляющем в этом месте луговину с озёрами-старицами, берега которых сильно заросли камышом. Луговина заросла кустарником, а в более высоких местах и деревьями, скрывающими от взгляда своей буйной сочной зеленью поверхность реки, если смотреть с гребня дамбы. Спускаться на неё попробовал, но не понравилось – везде, куда доставала вода, остались подгнивающие остатки водорослей, какой-то сухостой, принесенный течением, жухлая листва.

 

Наконец, в Костиной палатке началось какое-то движение, спустя какое-то время появился сам владелец. Разожгли костерок, позавтракали, что Костя приготовил, собрались и часов после 11-ти начали выбираться на трек.

КМ

Первым приключением стала собственно Припять, поскольку ночевали мы на ее разливе, а не у основного русла.

Затем нас ждал древний Туров, точнее, его замчище, упакованное в авангардного вида музей.

Оплатив положенное на входе, мы осмотрели остатки разрушенного землетрясением 1230 года древнего Турова. Современный Туров существенно больше, но величие его далеко от того, какое было 8 столетий назад. Обычный провинциальный городок, даже не райцентр. Впрочем, это обстоятельство не лишает его определенного очарования.

ПП

Несмотря на свою историческую значимость, Туров произвёл впечатление совсем маленького городишки: какое-никакое людское движение было только на прирыночной центральной площади. Целых три тысячи населения (это я уже потом посмотрел – аж в два раза больше, чем в самом малонаселённом городе Беларуси). Заехали и осмотрели павильон музея над раскопанным археологами фундаментом огромного (по меркам XII века, когда он строился) православного храма, разрушенного землетрясением в 1230 г. и случайно обнаруженного в 1961г. при рытье котлована под фундамент какого-то колхозного хозяйственного здания.

КМ

Погоды стояли шикарные, как я люблю – солнце и по-южному жарко, под 30, а на солнце и того более. Да еще штиль. И ровная дорога, без этих подъемов и спусков, как на севере. И асфальт. Одним словом, красота.

Ехалось легко и приятно.

ПП

Дальнейший путь всё так же лежал на запад. Следующие несколько десятков километров были достаточно монотонны и ничем интересным не запомнились, кроме разве факта, что мы покинули Гомельскую область и въехали в Брестскую, Житковичский район сменился на Столинский.

 

Поля, поля, бескрайние поля – ни кусочка леса, ни лесополосы – ничего не защищает от палящего летнего солнца, все деревья растут только в населённых пунктах. Любая остановка длительностью больше нескольких минут приводила к тому, что собиралась целая стайка наглющих мелких кусающих мух. Напрягал ощутимый трафик, правда, почти без фур – неуютно ехать на тридцатисантиметровой асфальтированной полосе обочины.

КМ

Так мы докатились в Ольшаны, «огуречную столицу», где и вправду огуречные парники в каждом дворе. Ольшаны – крупная деревня, по народонаселению сопоставимая с двумя близлежащими городами, вместе взятыми. Но, несмотря на размеры и статус, по духу она все же деревня.

Главной достопримечательностью ее я бы назвал Ленина в сочетании с рекламой на фоне. Ну, и парники, само собой.

Зато Давыд-Городок – настоящий город контрастов! Меня интересовала деревянная церковь XVIII века, оказавшаяся в довольно запущенном состоянии. Но эклектика центральной площади, переживающей еще вдобавок ко всему подготовку к «Дажынкам» - это сильно. Брусчатка, Ленин (без фона, снесенного нахрен), князь Давыд, церковь (новая, каменная, ухоженная, но расположенная как-то сзади и лишенная шарма то, деревянной), многофункциональные полуразвалины, баня, якорь...

А чуть поодаль – пустырь на холме, «откуда есть пошел городок Давыда».

Восхитительно!

ПП

Доехали до Давид-Городка. Осмотрели старинную деревянную церковь Георгия Победоносца, окрашенную облупливающейся масляной краской в лазурный цвет. В такой же лазурный цвет окрашена невысокая деревянная башня-звонница с закрытыми окнами и небольшой нежилой старый домик священника или смотрителя. Небольшое очень старое прихрамовое кладбище с несколькими почти разрушенными памятниками и уже незаметными холмиками больше напоминало обкошенный заливной луг, выделяясь только несколькими хорошо сохранившимися могилами приходских священников прошлого века. Чувствовался дух лёгкой недосмотренности.

По главной диной улице по вымощенной своеобразной шестигранной плиткой с лицевой поверхностью из булыжников мы проехали до центральной площади, где свернули в переулок и оказались, судя по надписям на указателях, на городище Давид-Городка, представляющем собой ровную возвышенную травяную поляну размером 100х100 метров, обвалованную по периметру грунтовым двухметровым валом. На валу лежал гранитный валун с острыми углами, выдававшими его карьерное происхождение, и памятной табличкой об основании на этом месте города, чуть ниже за рядом деревьев невдалеке протекала Горынь. Пустынно. Вернулись на центральную площадь.

 

На площади кипела работа и городская жизнь. Рабочие сносили остатки местного кинотеатра, группа школьников оккупировала постамент новодельного аляповатого бронзового памятника князю Давыду. Через дорогу на невысоком постаменте стоял указующий прежнережимный едва ли полутораметровый карликовый памятник вождю мировой революции. Выкрашенная серебрянкой фигура Владимира Ильича очень хорошо вписывалась в масштаб площади, придавала ей пасторальный уют. Третьим памятником на площади был небольшой якорь на постаменте в честь припятской военной флотилии. Уже чуть позже, дома, вспомнив активную деятельность по ремонту и перестройке центральной части города, я решил проверить логичную гипотезу, оказавшуюся верной – в Давид-Городке осенью пройдёт праздник урожая – областные Дожинки, и город сейчас приводят в праздничный вид, оббивая новеньким сайдингом фасады столетних рубленных хат, ведущих от площади на мост через Горынь.

После этого мы ещё немного проехали по шоссе, свернули на асфальтированную местную дорогу, которая очень скоро превратилась в обычный грейдер. Тут меня начало накрывать – хоть солнце уже и начало скатываться ниже к горизонту, в душном воздухе совсем не ехалось, сделать длительную остановку не давала грызучая мошка, быстро накапливающаяся вокруг стоящего человека – пришлось снижать скорость до черепашьей и делать совсем коротенькие остановки, чтобы чуть-чуть отдышаться и попить. Функционально я был похож на закипающий автомобильный радиатор с тем лишь отличием, что стоять было нельзя. Нужно было убить хоть как-то полчаса-час, чтобы скинуть одежду с длинным рукавом без боязни получить солнечный ожог, чтобы стало хоть как-то полегче, а там уже и до вечерней прохлады недалеко. Намного более смуглый Костя так остро проблемы не испытывал и был вполне свеж и полон сил. Запас сил был и у меня, но я боялся слишком сильного перегрева.

КМ

Ехалось настолько хорошо и весело, что решили проехать немного дальше предполагаемого места ночевки. Таким образом, в первый день мы посетили еще и Дубай. Местные жители, видимо, по незнанию ударяют его на первом слоге, но они это напрасно. Ну, и не нашлось еще пока ксендза в окрестностях, который бы выстроил тут свою Бурдж-Халифу. Ждем-с.

Жара, как и положено в Дубае, была сильна.

Павел, склонный к сгоранию под ярким солнцем, был одет по славным пустынным традициям в теплое (на ум приходит слово бурнус, но нет, не в это).

ПП

Мы опять ехали на запад, наш грейдер начал забираться в заросли орешника, солнце приспустилось, жара начала спадать. Практически сразу над полями появилась лёгкая дымка тумана, включилось многоголосое кваканье из каждой придорожной канавы. Появились перелески, призрак пустыни отступил назад - мы въехали в Дубай. Как и полагается в восточной сказке, укатанный грейдер в черте населённого пункта превратился в асфальт. Населённый пункт с более чем пятисотлетней историей названием своим обязан дубам, растущим в этой местности. И это название на карте чудно вслед за сменой властей, языков и транслитераций превратилось из Дýбой (белор. Дýбае) в последнее время – в угоду туризма под влиянием славы могущественного собрата. Осталось только закрепить произношение у местных жителей – те из них, с которыми мы общались, говорят по-своему правильно.

КМ

В общем, пора было закругляться. Нашли местечко на границе Столинского и Пинского районов.

Отужинали и, усталые и довольные, разошлись по палаткам.

ПП

Пора было подумать о месте ночлега – наметили стоянку в перелеске у реки Стырь. В последней деревне перед местом ночевки наткнулись на интересную брукованку, вымощенную обломками камней с острой боковой кромкой, смотрящей вверх и наружу. Трясло очень сильно, мы оба опасались за целостность покрышек – километра полтора пришлось ехать большей частью по колдобинам обочины, смотря особенно внимательно под колёса. Неудивительно, что самые гадкие участки дорог как правило расположены по глухим периметрам районных/областных границ, и деревня Ситицк столинского района не была исключением – сразу за её околицей мы к нашей большой радости вновь выехали на грейдер и покинули самый большой район Беларуси, пересеча его с востока на запад за день.

 

Перелесок рядом с поймой Стыри Косте для ночлега не понравился – слишком был сырой – отъехали с полкилометра назад и углубились в красивый сосновый лес, метрах в двухста от дороги. Константин остался разводить огонь, а я поставив свою палатку и слегка отдохнув, поехал в ближайшую деревню за водой. Судя по дорожному знаку, деревня Вуйвичи начиналась сразу за рекой, но быстро наползающий туман был уже настолько густ, что различить, есть ли хаты дальше, чем в 20-30 метрах от дороги, было уже невозможно. Наконец мне повезло, и в одном из огородов я заметил бабушку, позволившую воспользоваться её колодцем. Сперва она приняла меня за водного туриста, сплавляющегося по Стыри – видать, такие тут водятся чаще всего. Ну и не удивительно – при Союзе это был полноценный и довольно популярный водный маршрут Стырь-Припять-Днепр с окончанием где-то в районе Киева, когда туристическая группа стартовала с территории УССР сделав почти кольцо, финишировала недалеко от места стапеля. Выехав со двора с пятилитровой канистрой я оказался в полном молоке – видимость упала метров до десяти, к стоянке ехал медленно, внимательно прислушиваясь к кваканью лягушек – не слышно ли автомобиля на дороге, в лес заехал на запах дыма костра.

КМ

Воскресное утро встретило нас теплом и солнцем. Даже и не верилось ни в снег 3 дня назад, ни в возможность его повтора во время похода. Я уже начал подумывать, что можно было ехать налегке, без зимней куртки. Юг, май...

ПП

Ночь была тёплая, тихая. Проснулись не рано, практически одновременно – сосновые кроны не давали будить утреннему солнцу. Сварили гороховый суп из замоченной с вечера пачки, для навара заправили банкой тушёнки. Поели, упаковались и неспешно выехали около 11-ти утра. Пока ехали километр до Стыри я насчитал трёх мёртвых ужей на нашем грейдере - и как я их вчера вечером не заметил?

 

Пойма Стыри была под стать её размерам, с такими же пропорциональными защитными дамбами-насыпями. Магазин в Вуйвичах был, но он оказался закрыт. Это не было большой бедой – деревни на Полесье большие, и магазин есть почти в каждой, наряду с почтой и банковским отделением. Так оно было и в этот раз – ещё несколько километров приятного утрамбованного грейдера – и Костя оказывается в очередном деревенском центре культуры и досуга украшением которого является нежащийся на вымощенном кафелем прохладном полу кот, прибившийся неведомо откуда к сердобольной продавщице. Уже что она ни делала – и на ферму его отдавала, и в коровник подальше – кот всё равно возвращался обратно. Заглянул внутрь и я – глянуть на хвостатого. Пользуясь случаем, спросил про мошку, на что получил ответ что она сезонная, и приезжать надо было недели через две, после какого-то церковного праздника, когда она пойдёт на спад, а мы попали на самый её пик, пришедшийся на первое потепление. Заодно отмечу, что ещё один человек уже после похода называл мне чуть более протяженные сроки, когда беспокоит мошка – до начала колошения ржи.

КМ

До Пинска оказалось рукой подать. Еще бы, ведь накануне мы проехали больше 100 км, плюс еще 20 в первую ночь. В итоге мы шли с существенным опережением графика, и это, доложу я вам, штука неплохая.

Перед Пинском нас застал довольно интенсивный дождь, вынудивший взять паузу и переждать его на заправке.

А потом был город.

Не зря где-то написали, что Пинск – второй после Гродно. Уже с моста через реку город производит приятное впечатление: в одну сторону – костел, в другую – коллегиум иезуитов.

В самом городе имеется собственно коллегиум, перед которым на постаменте стоит трактор «Капитан» с богатой, но запутанной историей, а сбоку разместилась умеренных размеров площадь, оснащенная решительным вождем мирового пролетариата. За площадью и вождем прячется речной вокзал.

В другую сторону уходит очень милая пешеходная улочка, каких, к сожалению, исчезающе мало в нашей стране.

Пинчуки, безусловно, могут гордиться столь редким явлением.

В целом мне Пинск отчего-то напомнил теплый и немного запущенный Умео, и это положительная характеристика.

ПП

Спустились с моста, сразу свернули налево – осмотрели здание коллегиума иезуитов, в котором сейчас размещается музей Полесья. Саму экспозицию осматривать не стали, несмотря на то, что в ней выставлен старейший деревянный велосипед в Беларуси, пофотографировались лишь рядом с трактором, гордо отказавшимся работать в годы фашистской оккупации на фоне памятника В.И. Ленину на центральной городской площади с подготовленной ко Дню Победы пустующей сценой. Вернулись на пешеходную улицу с зигзагообразным пешеходным тротуаром, по которому молодые пинские мамаши вышли с детьми в колясках на променад, проехались вдоль кафешек с вынесенными на улицу столиками, под зонтиками которых молодые короткоюбкие полешучки кокетливо поглощали подтаявшее мороженное, с интересом посматривли на двух начинающих дичать велотуристов, уже слегка пропахших дымом. Но насколько бы ни хороша была исключительно пешеходная улица Ленина, настолько её портит неформатность заведений, там обосновавшихся – половина там вообще не нужна – ну зачем на такой короткой улице штуки три игорных клуба со слот-автоматами, столько же контор по выдаче микрозаймов, несколько отделений банков, парочка госконтор и вишенкой на торте фирменный магазин Брестских ковров?

 

Костю заинтересовала архитектура кляштора францисканцев, узкие тихие улочки центра, спускающиеся на набережную – он не выпускал фотоаппарата из рук. Мы никуда не спешили – Пинск для нас был серединой нашего пути, первую половину которого мы преодолели за 1,5 дня, и на вторую половину оставалось ещё 2,5 – хороший запас, чтобы расслабится и спокойно, с велосипедами в руках пройти по приятной набережной в приятную погоду.

КМ

А еще в Пинске есть велодорожка... Точнее, по тротуару прочерчена линия, разделяющая, по замыслу ее авторов, потоки пешеходов и велосипедистов. И занижены бордюры, почти до самой окраины города. И... нормально, в общем. Ехать можно. Не исключено, что можно даже жить.

ПП

Но всё приятно расслабленное заканчивается – и мы поехали по длиннющей Брестской улице по треку на запад. В отличие от центральной части города и несмотря на свое значение одной из магистральных улиц она совершенно оказалась не приспособлена для велодвижения – сплошные поперечные бордюры быстро согнали Костю на шоссере с тротуаров на проезжую часть. Ещё значительным отличием Пинска стало большое количество сдающихся торговых площадей и огромадное количество магазинов по продаже мебельной продукции местной фабрики – весь город в рекламных растяжках-вариациях на тему «Сдаётся» и «Мебель.Кухня», что поневоле вспоминается петроильфовский Старгород с его засилием парикмахерских и похоронных бюро.

 

За городской чертой нас, тяжело груженных, легко и непринуждённо догнал местный шоссерист, пристроился третьим в колонну, пообщался недолго с Костей и также легко отвалился на каком-то ответвлении дороги.

КМ

Дальнейший наш маршрут был легок в силу погодных и ландшафтных условий, сопровождался просторами без какого-либо намека на возвышенности, но уже без особых достопримечательностей.

Проехали опять почти под сотню километров, еще больше увеличив, таким образом, опережение графика. Ночевку опять организовали просто в лесу.

ПП

Ближе к вечеру погода стала меняться – стало ещё душнее, чем вчера, чувствовалось приближение грозы. Костин универсальный велокомпьютер черного цвета нагрелся и показывал температуру воздуха в 30°С. Учитывая дождливый прогноз на следующий день ехали до конца, пока не поднялся сильный ветер и небо начало затягиваться сплошными серыми быстролетящими облаками. Промахнулись и проехали чуть дальше намеченного под ночевку водохранилища – назад решили не возвращаться – доехали до деревни Крытышин, где набрали канистру воды для ночёвки и только выехали за околицу в примыкающий лес поняли, что дождь вот-вот начнётся. Далеко уже не отъезжали – метров 500 и, свернув чуть с дороги в сосняк, быстро начали распаковываться и ставить палатки. Успели даже разжечь костёр, как случилось чудо – северный ветер сменился западным и унёс подступающую чёрную грохочущую тучу в сторону, а потом и вовсе стих, бросив нам лишь несколько капель и позволив Косте сделать полноценный ужин.

 

Вечером проверили ещё раз прогноз погоды – завтра по-прежнему был обещан дождь и следовавшее за ним резкое похолодание. Группа поддержки на фургончике Скуби-Ду Лобанова благоразумно решила остаться в Минске ставя крест на безудержном веселье и окончательно превратила поход в философский, без перегибов и злоупотреблений.

КМ

Утро понедельника было отчетливо более прохладным. Небо покрылось тучками. Прогноз предупреждал о подобных возможностях, но в первые два дня в это верилось очень слабо. Впрочем, солнышко то и дело выглядывало показаться среди тучек.

Павла подобные условия только приободрили, поскольку одет он и раньше был примерно на такую погоду, да только сама погода немного отличалась. Теперь же, по прохладе, он летел на своем веле по полесским просторам прямо в Закозель – предпоследнюю точку для посещения на маршруте.

ПП

Ночью пошёл дождь, температура вернулась к прохладной – я в спальнике начал прятать от прохлады нос поглубже. С утра пораньше из деревни мимо нас с десятиминутным интервалом по дороге проехали пять мазов и лесопогрузчик. Совсем недалеко от нас они углубились в лес, загрузились и с другой стороны от наших палаток, по опушке с добычей стали отвозить свой груз в деревню. Наше место стоянки оказалось зажатым между двумя дорогами с курсирующими грузовиками.

Дождя уже не было, и Костя, набрав сухих веток из-под своей палатки, разжёг костёр и приготовил завтрак. Удалось даже чуть просушить вещи – мы выехали на трек. Толкать велосипеды по песчаной дороге, разворошенной лесной техникой нам не хотелось – и мы вернулись на развилку дорог к Крытышину и поехали по более целой лесной дороге, огибая двухкилометровый песчаный участок.

 

В принципе уже тут начался самый приятный, самый симпатичный велоотрезок нашей поездки – весь наш трек третьего дня по дорогам Дрогичинского района оказался исключительно дружелюбен к велосипедному транспорту. Это и укатанная полевая дорога, обсаженная деревьями для тени и с выкопанными по краям канавами для стока воды, и полевые ровные грейдеры без малейшей склонности к вибрации, и лесные дороги, укатанные в безъямочный и бестрещинный асфальт – и всё это при практически полном отсутствии автомобильного движения по дорогам, плавно огибающим Дрогичин – в этот день мы сделали плавный 30-километровый полукруг вокруг него, периодически натыкаясь на указатели вида «Дрогичин – Z км.», где Z – однозначное целое число.

КМ

Здесь осталась усыпальница рода Ожешко. Обтянутая заградительной лентой, привычно запущенная, с повалившейся башенкой, чужая и нелепая, как и большинство подобных строений, в современной Беларуси. А вокруг – некие деревца, видимо, остатки парка, и зады дворов.

Да уж, краіна замкаў...

ПП

Крайней восточной точкой нашей велопоездки был Закозель – небольшой агрогородок с комплексом задний, принадлежащих старому шляхетскому белорусскому роду Ожешко – усадьбой, садово-парковым комплексом, винокурней и родовой пустынной сильно обветшавшей часовней-усыпальницей в готическом стиле.

КМ

На этом заканчивалось путешествие по стране Полесье (а оно – страна, со своим языком, своими непохожими на остальную Беларусь городами, местечками и деревнями, своим особенным колоритом и атмосферой).

Дальше – почти строго на север, в обычную Беларусь.

В этом году конечная точка маршрута совпадала с прошлогодней – Береза. При желании мы могли бы успеть в Березу и в третий день, да только желания такого не было. Сказывалась и усталость – дневной пробег опять приближался к сотне километров, да и время было уже позднее, а в планах же было посещения монастыря.

Поэтому заночевали, не доезжая Березы километров 15, в перелеске у дороги. Здесь уже не мухи, но комары радостно пели нам песни.

ПП

Стоило нам только свернуть на север, как развернулся и усилился ветер – он по прежнему дул нам в лицо, хорошо хоть без дождя. Мы ехали к Берёзе со значительным опережением графика – можно даже было бы поднапрячься и заехать в неё в сумерках в этот же день. Но смысл ночевать на вокзале? Поэтому для остановки выбрали лес в 20 километрах от Берёзы – ближе нормальные места ночёвки не просматривались по карте. На этот раз ночевали в старом елово-сосновом тёмном лесу, с трудом выбрав место для ночёвки в маленькой ложбинке. Пока Костя раскладывался и разжигал костёр, я скатался в ближайшую деревню за водой – одометр на моём велосипеде по моему возвращению показывал ровно 300 километров.

 

Комарья было много и я почти весь вечер просидел в палатке – репелленты не очень-то и помогали. Спать пошли довольно поздно – это была наша последняя ночёвка в походе.

КМ

Утро вторника было откровенно бодрящим: прохлада сменилась вполне мартовским холодом. Утешало, что ехать оставалось всего ничего.

К нашему приезду в Березу погода подготовилась: включили солнышко.

Монастырь (точнее, то, что от него осталось) привычно ютится на задворках. В Березе это задворки военной части. Стоит отдать должное: как и в Ружанах, в Березе отреставрировали браму. Реставраторы старались не на шутку, даже сделали макеты окон.

Остальное – в живописном заняпадзе.

ПП

Ночью опять шёл дождь. Под утро он прекратился и резко похолодало до лёгкого минуса. Вылезать из спальника не хотелось, но неизвестно, какие сюрпризы погоды нас поджидали – обновленный прогноз обещал снег. Позавтракали и поехали – крутить педали самое то, а вот без движения долго не посидишь.

 

На окраине Берёзы заехали на развалины картузианского монастыря – закрыть Костин должок годовалой давности, когда из-за недостатка времени в велопоходе поехали сразу на электричку. Сейчас же мы никуда не спешили – времени вагон и маленькая тележка в запасе, но осматривать было нечего – от монастырского двора остался зелёный цветущий луг, покрытый одуванчиками, по периметру огражденный стенами из выветренного красного кирпича. Монастырские постройки без малейшего намёка на остатки кровли и межэтажных перекрытий давно осыпались и не сохранили сколько-нибудь важных деталей. Уныние и запустение, только на въезде на территорию белеют новоделом свежеотреставрированные въездные ворота с несколькими окошками, ведущими в пятисантиметровой глубины ниши, закрашенные изнутри черной масляной краской. Советского образца фурнитура просто безобразно смотрится на этой реплике исторического здания. Одной из оставшихся стен монастырь граничит с городским военкоматом, половина зданий и заборов которого построены в советское время (судя по надписям типа ДМБ-79) с использованием кирпича картузианцев.

КМ

Вокзал уже знаком и привычен. Электричка, которой нет, если верить rw.by – точно по расписанию.

 

Пока мы ожидали электричку в теплом здании вокзала, за окном сыпал хлопьями праздничный снежок: прогноз не подвел.

ПП

На станцию приехали буднично, купили билеты и магнитики, дождались своей электрички и уехали в Минск. Бел и снег, падавший мелкой крупкой с неба и больше похожий на град, мгновенно таявший от прикосновения с землёй, но нам он уже был не страшен – мы сидели в здании станции и мысленно уже были дома.

 

Вот такой он у нас получился майский велопоход. Из-за небольшой компании пусть в нём и не было безудержного веселья и дружеских подколок, но зато он проходил в философском спокойствии и комфортных практически индивидуальных физических нагрузках –спасибо тебе, Константин, и вам, дорогие читатели.

 

Оцените этот материал:
Велоразминка по апрельскому бездорожью или Увидеть...
76А:С велосипедом по Браславщине 21-22.10.2017г

Читайте также:

  • Комментарии не найдены

Оставьте свой комментарий

Оставить комментарий от имени гостя

0
Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором. Чтобы избежать этого - зарегистрируйтесь.
правилами и условиями.