80: Гибель Кавказа 17.08-11.09.2018г

80: Гибель Кавказа 17.08-11.09.2018г

Часть 1 Триумфальная

Дешево и сердито. Походы на Кавказ стали чем-то своим, привычным. Лучшее время, конечно же, самый конец сезона. Проект номер 80, как обычно, Глаз придумал довольно наглым. Пересечь Сванский Хребет с восхождением на его высшую точку Лайлу Главную и потом еще после кратковременного отдыха бросок к Главному Кавказскому с восхождением на Гестолу (!).

В Грузию изначально я и не собирался. Идефикс с Гестолой засел в голове довольно прочно. Хотелось пойти на неё со стороны России через Пик Есенина, и даже бы согласился я раскошелиться на коммерческих гидов. Для размочки планировалось восхождение на Уллуазаубаши (там справились бы и без гидов) с перевала Кундюм-Мижирги. А после этого только Гестола. Маршрут на неё через Ляльвер (считается самым технически простым) пограничники закрыли ещё пару лет назад, а теперь и всю Безенгийскую Стену. Так вот и занесло в этом 2018 ом в Грузию. Из Грузии на Гестолу ходить почему-то не принято. Но нашелся как раз подходящий августовский отчет 2013 года. Маршрут выглядел весьма привлекательно! Причем количество перил через перевал Западный Чурлениса 3А было подозрительно небольшим. Вычитал еще я где-то, что ключ маршрута это участок подъема с перевала Нижний Цаннер на Ляльвер. Дальше топотуха, правда, топотуха очковая. Перила и камнепадоопасность бышни Ляльвера пугали. От греха подальше пришлось отказаться от этого траверса. 4 часа только топать от Западного Чурлениса до вершины Ляльвера и в основном по гребню. Так и решил подняться из цирка Западного Чурлениса, туда и вернуться. Только странно, почему это не популярно?..

Лайла Главная оставалась долгом 2015 года, когда попросту заблудились. Сам Бог велел её включить в проект тоже. Для «размочки» и включили. К перевалу Джвари через урочище Скилери уже мы ходить пытались. Чтобы не повторяться был выбран путь через перевал Джыварылд (Тавери). С севера Лайла весьма посещаема. С юга и на траверс ходят пока её очень мало. Тропические леса Сванетии при 30 километровом подходе к Тавери и затруднение ориентирования в них настораживали… Поход, короче, был запланирован как обычно в стиле цейтнот и хардкор. И главное, как глаз любит, магистральный.

Группа подобралась уникальная. 80 походов исходил без ПВД, но чтобы за раз сразу три Алексея, - нет, такого не помню…

Глазков Алексей – Руководитель проекта № 80, врач

Рассолько Антон – Старший фотограф

Дмитрий Прокопенко – Участник

Ярошевич Марина – Гляциолог, синоптик

Михалкович Алексей – Участник

Бабровская Наталья – Участник

Дроздова Алеся – Участник, фотограф

Кадуцкий Алексей – Участник

Маляренко Максим – Водитель, индивидуальная программа

Юрий Лившиц – Индивидуальная программа

17 августа О-ой день

Выезд в отпуск (всегда походы) сопровождается обычно спешкой и нервотрепкой. Было точно также и в этот раз. Свою семью я сплавил в Мядельский район. Это сильно облегчало сборы.

Более-менее, к моменту выезда всё же удалось свести концы с концами. Делать покупки, разъезжать по городу сильно мешала давно наступившая инфернальная жара. За последний месяц она меня основательно потрепала. В плюс тридцать Глаз становиться почти недееспособен.

В девятом часу вечера пришел Мощный. Для максимально эффективного использования отпусков, я обожаю выезжать в тот же день, приходя с работы. Глаз упаковывал последние вещи. Мощный на кухне на полу отрезал нужные куски стеклоткани и проверял горелки.

Как обычно, отъезд был организован с перекрестка улиц Одинцова и Лобанка от рыбного магазина Виталюр.  Проводы не анонсировались. Тем не менее, благодаря сарафанному радио пришли примерно с десяток провожающих. Глаз для поддержания эпатажа явился в каске, с желтой бабочкой и промилле в крови. Уже на кухне Глаза врезали с Антоном.  

Максим-Летчик-Пенсионер торопил выезжать. Импрессарио проводов негласно сделалась Оля Свидрицкая. Она, ровно как и остальные, не хотела нас отпускать. Традиционно отъезд сопровождался употреблением крепких напитков. Как со стороны отъезжающих, так и со стороны провожающих.

Традиционные проводы с перекрестка Одинцова-Лобанка от рыбного магазина "Виталюр"

С багажом загрузились в салон. Прицеп Максим-Летчик-Пенсионер оставил в Орше (нет страховки). Ехать поначалу было довольно тесно, но дружно и весело. По возбужденным участникам было видно, что поход этот ждали!

18 августа 1-ый день

В Оршу приехали уже 18 августа, ночью. За дорогу почти все изрядно раздухарились.  

Дорожная

На гаражах выкатили прицеп, довольно оперативно погрузили в него вещи. Стало просторней.

Глаз пребывал в превосходном расположении духа, как это обыкновенно бывает по дороге вперед. Когда, наконец, вырвался в долгожданный отпуск. А чтобы в него вырваться, требуется решить немало вопросов. Набухался и проспал до послеобеднного времени на верхней полке.

Не то трактор, не то каток

За это время группа осмотрела некий экспонат не то трактор, не то каток. Организационных косяков за поход было в общем то не много. Но теперь вскрылся очень сильный недостаток. Водителей, как изначально планировалось для езды нон-стоп, оказалось не два, а один. Максиму-Летчику-Пенсионеру не понравилось, как получается водить бус с прицепом у Лехи Михасевича, и он его забанил. Водитель остался один со всеми вытекающими. Коллектив, как обычно, просил есть и писяться. Как обычно, Максим долго не останавливался. Неделю, мол, тогда ехать будете.

Дорожная

Дорожная

Находились мы теперь где-то в  Орловской области. Пенсионеру требовалось поспать. Он отошел в сторонку и лег под куст. Место для отдыха-сиесты между тем оказалось довольно импозантным. Кругом была рельефная степь. Мы съехали в типичную для этих мест балку. По дну её тек ручей или скорее небольшая река с мелкокаменистым дном. Вода казалась зеленоватой. Была даже прохладной. Здесь в этой балке не так ощущалась жара и было привольно. Небо чистое и тропически молочное.

Глаз принимает водные процедуры

В 80-ом походе

Принимали водные процедуры. Также и солнечные ванны.

Сиеста 1-ого дня

С превеликим аппетитом съели дыню. Выпили, разумеется, спиртного еще. Первых две скрипки в этом деле играли два Алексея. Глаз, имитируя микрофон, в довольно экспрессивной своей манере (в том числе с использованием просторечивых и даже ненормативных слов) вел семинар. Он сопровождался высокой интерактивностью. Тематика сегодня была в той или иной степени связана с краеведческими и экономическими особенностями Орловской области. От темы периодически заносило в сторону. Лектора не очень смущали поверхностые знания этого региона. Эпатаж всё усиливался, пока специалист по экономике и краеведению совсем не напился…

Двинулись в путь на закате и ехали потом еще до ночи. Снова свернули с трассы в степь. Ночевали кто в бусе, кто в палатке.

19 августа 2-ой день

Когда стало светло, место, куда съехали, оказалось «полигоном для захоронения твердых бытовых отходов», то есть свалка.

- Помойка - это наша тема, - подбадривал Глаз.

Полевой стан

Бус украсили цветами и корзинами подсолнечника. В другие разы бомжатник в машине мы разводили редкостный. Теперь Алеся, абсолютно не напрягаясь, каждодневно убирала. И было в этой поездке до непривычности чисто.

Дорожная

День прошел в дороге. Спиртные запасы, презентованные провожающими, были уничтожены. В ход пошла купленная Глазом десятилитровая канистра с пищевым 96% спиртом. Рядом такая похожая стояла с соляркой. Следили, чтобы не перепутать. К канистре прикладывались регулярно.

Путешествие в "машине времени"

Смещались на юг мы всё более. Ощутимее давала о себе знать жара. Чем южнее, тем становилось инфернальнее. Для остальных она была еще туда-сюда, Глаз уже к этому дню периодически начинал от неё хуеть.

20 августа 3-ий день

Большую часть ночи не ехали. Поутру, оказалось, что ночевали на просяной стерне и снова возле помойки. Степь, в отличие от вчерашней, стала  в разы обширнее и просматривалась уже на десятки километров.

Всё то же мутное безоблачное небо… Дул сильный ветер, поднимая пыль и шелуху от злаков. В балке между огромадными холмами пролегала электрифицированная железная дорога. То и дело в поле зрения появлялись змейки поездов.

Снизу, взбираясь к нам на холм, выехал, поднимающий пыль, КамАЗ. В это же время, пересекая его курс, мимо, пересекая дорогу с КамАЗом, проходила большая отара овец. Все это казалось значительным, не случайным и даже каким-то предзнаменованием. Предтечей фатальных неожиданностей.

Алеся прибрала в очередной раз автобус, выбросила завявшие цветы. Глаз к неудовольствию пассажиров принес новой флоры (с мусорки, разумеется). 

Максим запретил нам съесть арбуз. Остановиться позавтракать раскачали его не быстро. Случайно стали именно там, где и в прошлом году, - в кафе с кислотными красными бордельными диванами. Как и тогда заказали фаршированные перцы и, как и в прошлом году, просто обожрались! Развилась одышка.

Границу с Северной-Осетией-Аланией преодолели довольно быстро. Теперь отпечатки пальцев у нас не снимали. Вопреки предостережениям на счет очереди на пограничном пункте Верхний Ларс и там мы успели сегодня проехать безболезненно. Не помню почему, но из машины выходили в тоннеле. Как и в любом тоннеле было очень загазовано выхлопными газами. Мощный ко всеобщему восторгу «разрулил» разъезд каких-то фур (детали не помню). Вспоминали дорогой брэнд Мощного. Глаз пришел в Активную Зону что-то покупать и сообщил, что есть скидка на фамилию Рассолько.

- Мощный? - уточнил продавец.

- Да Мощный.

История многократно смаковалась, переигрывалась на разные лады и муссировалась!

Стемнело. Далее ехали по извилистой дороге серпантину. Неожиданно стал сгущаться туман, все плотнее и плотнее. Вскоре ехать сделалось решительно невозможно, главное небезопасно.

Остановились в произвольном месте. Снова ночевка, кто в бусике, кто в палатке. Мощный, говорят, свалился в какой-то овраг. Лаяли собаки. Три или четыре, они не боялись и подошли совсем близко к палатке. Глаз уже собирался их выйти и шугануть.

21 августа 4-ый день

Рассвело. Рассеялся и туман. Мы стояли прямо напротив смотровой площадки, окруженной полукруглой бетонной стеной с панно и металлической балюстрадой. Внизу раскинулось глубокое, живописное и панорамное ущелье.

Место наше стало быстро превращаться в торговую точку фруктами и сувенирами, а смотровая площадка в объект паломничества.  Много автобусов с туристами. Почему-то в основном китайцы.

Тут я увидел тех самых собак, которых собирался ночью выйти и шугануть. Интуиция остановила вчера этого не делать. Иначе шуганули бы Глаза. Не очень далеко от нас мирно себе лежали четыре алабая. Каждый величиной с телёнка. Троё вероятно из одного помета. Лоснились.

Чуть позже была еще одна смотровая площадка.

Потом долгий малоинформативный обмен сообщениями с Лившицем. Худо-бедно договорились, что заберем его в окрестностях Кутаиси. Лившиц в поход попросился в последний вагон. Глаз согласился взять его на первую часть (переход Сванского Хребта). Лившиц долго терроризировал Глаза, когда точно мы придем «в люди». Глаз мог только сказать, что по писаному идти восемь дней. Но на практике нужно еще какой-то запас накинуть. Потом разговор и обсуждение принимали новый виток. Все сводилось опять же к тому, что по писаному идти из Лентехи до Лезгары те же восемь дней. Но на практике может получиться и дольше. Юрий хотел услышать точную дату и время прихода, но Глаз никак не мог сообщить не только время, но и даты.

В эйфоричной и праздной обстановке в одной из шашлычных возле смотровой площадки съели шашлык и выпили пять литров Киндзмараули. Столько взяли и с собой. Разошлись в дороге сегодня и следующие пять.

Потом посещали древний город Мцхета и храм Светицховели. Там поставили свечки за здравие. Хотели покататься на какой-то дебильноватой машинке, но хозяина не оказалось, а времени ждать у нас не было.

И - дебильноватая машина, наконец!

В начале дня погода выдалась сносной, даже, когда ехали повыше, слегка прохладной. Теперь, как спустились ниже, жарища набирала обороты.

Макс спросил у одного из грузин как ехать:

- А я по русски не разговариваю, - обиделся на чисто русском языке грузин.

В Мцхете было еще туда-сюда. Потом спустя несколько часов все отправились наверх на подъем холма.

Там расположился монастырь Джвари. Два Алексея, спрятавшись в тень, пьянствовали.

Весельчак-Глаз пребывает в отпуске

Недалеко по ту сторону дороги сливались Арагви и Кура. Последняя у грузинов называется Мхтвари.

Арагви и Кура (Мхтвари)

Вернувшийся из монастыря десант обнаружил «на своем месте» двух чрезвычайно пьяных Алексеев. Принесли они и экспонаты. Глаз инструктировал, что для музея Смирнова из походов нужно что-нибудь привозить. Это был ярко-салатового цвета самолетик и «тарелка для фрисби».

Алеся и Дмитрий Прокопенко

- А где Максим?

- Он куда-то уехал на велосипеде.

Пока его ожидали, вопреки запретам, был съеден арбуз.

Трофеи-экспонаты для музея Смирнова

Под вечер хоть и зашло солнце,

душно сделалось неимоверно. Ночевать и ожидать на завтра Лившица остановились возле каких-то или недостроенных или недоразрушенных строений из ракушечника. Изнемогающий от жары Глаз, сняв майку, лежал на куче гравия и злился. Но и он, гравий, тоже был теплый. Зато ночь по августовски звездная.

22 августа 5-ый день

День этот получился хардкорный. Поднявшееся солнце устроило поистине крематорий. Несчастный Глаз злился, ныл, и ничего нельзя было с этим поделать. Всех хотелось поубивать. Но жара не была персонализирована. Инферно ещё только начиналось.

Разыгравшееся похмелье было меньшим злом в сравнении с этим пеклом, но добавляло свой вклад в клиническую картину. Страдали и остальные, но не в такой степени. Иные даже запускали самолетик и играли в фрисби. Маша с Наташей ходили на заправку мыть голову.

У Алексея Михасевича самолет летал лучше всего

Пока остальные не поднялись, Мощный очень бодро сбегал на ту же заправку. Где прикупил пива, снеди, и даже бутылку водки. Опохмелиться было бы конечно впору, но в такую жару едва ли что-нибудь кроме воды полезет.

По дороге на место старта забрали Лившица. Он очень модно подстригся, был весьма бодрым. Мы же за проделанную дорогу в сравнение с ним были изношенными. В районе обеда были в Лентехи. Сложнее всего здесь оказалось сориентироваться. Подниматься нам вдоль Ласкадуры. Километров без малого тридцать. Какой из сливающихся ручьев Ласкадура, поди разберись. Вразумительной карты не было. Планшет и навигатор Лившица никакого практического подспорья нам не оказали. Мы сиротливо мялись на пыльной обочине. Сильный тропический ветер вздымал все новые клубы пыли.

Местные показали, какой из ручьев Ласкадура. Немного вернулись на бусе. Бус превратился уже в духовку.  Заехали, сколько было целесообразно, вверх по дороге. Далее нам пешком вдоль Ласкадуры.  До перевала идти почти 30 километров.

Здесь следовало рассортировать вещи, что с собой взять в первую часть, а что оставить в бусике. С похмелья и на сорокаградусной жаре было это нелегким делом. Когда Глазу плохо это все почему-то чувствуют. Многие не упускают возможность попинать. Самым неприличным образом произвольно липнул Максим: «Глаз! Гла-а-а-а-з!!... Гла-аз!!!».  Лившиц принялся непроизвольно добивать с другого конца Глаза, - дескать, когда точно мы придем «в люди». Несчастный Глаз мог только сказать, что по писанному идти восемь дней. Но на практике нужно еще какой-то запас накинуть. А вообще мы это обсуждали и довольно мне шлифовать мозг, тем более, сегодня. Потом разговор и обсуждение принимали новый виток. Все сводилось опять же к тому, что по нескольким отчетам идти из Лентехи до Лезгары те же восемь дней. Но на практике может получиться и дольше. Юрий хотел услышать точную дату и время прихода, но Глаз никак не мог сообщить не только время, но и даты и стал от Юрия просто съёбываться. Представьте, что вас с бодуна (кто знает, что это такое) посадили в довольно горячую кастрюлю и заставили решать квесты. С одной стороны поставили злорадствующего Максима, который лупит по крышке этой кастрюли, а с другой интеллигентного Лившица, в очках, который тоже вежливо рассуждает, но нет, да и пиздит по крышке этой кастрюли.

Инферно

Неожиданно дело разрешилось. Тролливший Максим вдруг забрал Юрия с собой. Он уже не шел с нами ни в какой пеший поход, а отправлялся гулять с Максимом.

Съели еще один арбуз. Вышли. Трансфер позади. Под сорокоградусным испепеляющим солнцем началась активная часть. Шлось хоть и в тени, но тяжело. Вскоре миновали нарзановый источник. С меня ручьями бежала вода. Это были настоящие тропики. Насколько Сванетию можно любить за красоту, настолько её в августе можно ненавидеть за колючки, пыльцу и липнущие на жаре семена.

80-ый. Начало активной части

Через сорок пять минут, как и в описаниях, вышли на мост через один из левых притоков Ласкадуры Халедулу.

Халедула

Дорога шла высоко над самой Ласкадурой по орографически левому борту ущелья. Порою она, дорога, заворачивала серпантином в противоположную сторону. Это то и дело смущало. Визуальная оценка движения была затруднена. Шли через поистине могучий лес. Древний, реликтовый. Он не просматривается. Чего тут только не было. Удивительное сочетание широколиственных деревьев по полтора метра в диаметре комля, и хвойные ели с пихтами. Иные были такими старыми, что нижние сучья поросли лишайником настолько, что напоминали космы волос. Они свисали чудовищными щупальце.

Далее повстречался нам 131-ый ЗИЛ. Никогда бы не подумал, что на него можно загрузить такие комли деревьев (визуально тонн восемь), и он сука потянет. Жара «кусалась». На «охлаждение» шло немало энергоресурса. Рюкзак и плавный подъем так не бесили.

К началу проливного дождя добрались мы до кошары. В ней и спрятались. Грянул гром и разразился ливень. Не заставил себя ждать и хозяин кошары. Дедушка сван с каким-то редким именем. Типичный по характеру сван. Гостеприимный, общительный, но и обидчивый. Он нам еще недавно повстречался на дороге. Шел вниз за коровами, которых у него четыре. Глаз снял с гвоздя конскую попону и лег умирать. Стало теперь не жарко, но свет божий все равно не был мил.

Дедушка развел прямо в коше костер. Никакой трубы здесь не подразумевалось, но дым неожиданно сносно вытягивало через грубые  щели строения. Приготовили какой-то хитрый, настоящий индийский чай от Дмитрия Прокопенко.

- Этот не дойдет, - все указывал на меня хозяин кошары, - Он же лежит.

Блять, вот никогда мне не дают поболеть. Нигде. Это чувствуют и лезут все блять и лезут.

- А что такой слабый?!

- Похмелье…

Дедушка отстал. Предлагал ночевать в кошаре. Дождь закончился. Хоть дело близилось к сумеркам, вышли на дорогу. Шли еще примерно минут сорок. В сумерках стали лагерем. Но группа была уставшая. Не то с дороги, не то с разминочного старта. Место для лагеря было вполне подходящее, но выбирали его не естественно сварливо.

 23 августа 6-ой день

23 августа 6-ой день

Дежурили по двое. Дежурные просыпались в 5.30. Сегодня был костер: находились мы в зеленке. В лесу влажно и душно.

Шли сначала по дороге. Старались по 45 минут ходку. Природа и дорога здесь интересны. Все положительные впечатления опоскуживала эта ёбаная жара. Тут и без ходьбы и рюкзака впору в тенечке где-нибудь лежать и пускать пузыри. Когда я нагибался, с носа не капало, бежало струей. Платком не успевал вытирать глаза. Остальным было жарко, но не до такой степени.

Справа и на заднем плане арбуз

Дорога поднималась, делая коленце направо на виток серпантина. Нам же нужно было продолжать по траверсной тропе. Одна из групп так и ошиблась, продолжив по дороге. Пришлось им бессмысленно потерять ходовой день, пролазив по склонам и пастбищам горы Жабе-Лав. Усвоив этот урок, я следил, чтобы не прозевать ответвляющуюся тропу. На развилке лежал огромный овальный арбуз. Полосатый и с желтым боком.

- Давайте съедим, - предложили несколько.

- Как-то не красиво, он же не наш. Специально здесь оставлен. Не иначе.

- Или потеряли.

- Если б свалился, раскололся бы тогда.

Воды по дороге хватало. Постоянно мы пересекали стекающие по склону поперек нашей тропы ручьи и ручейки. Арбуз трогать не стали. С уходящей на серпантин дороги сошли на траверсную тропу. Тропа продолжалась во влажном сумраке лиственного леса.

Завтракали через силу. Алексей, который Керенский, и вовсе не завтракал, и идти не мог.

Не переключился еще обмен на катаболизм эндогенных ресурсов, а гликогена уже после первой ходки явно не хватало. На привале возле очередного ручья принудительно накормили Алексея конфетами и халвой.

Очередной левый приток Ласкадуры

Тропу густо экспансировали растения. Местами они были выше роста человека.

Гигантские мокрые листья мать-и-мачехи, колючки, с белым пухом на верхушках, колоссальные папоротники.

За одежду цеплялись упругие плети терновника. Несчастный Глаз не заметил даже, где обжегся борщевиком. На кисти и предплечье кожа подернулось зудящими пузырями.

Шли по сорок пять минут. Блуждали сегодня по лабиринтам тропы в лесу. Так в итоге её и  потеряли.

Вышли к руслу Ласкадуры.  Вдоль неё идти было удобно, только неимоверно жарко.

Лежали на камнях, с жадностью пили воду. Обедали на плоских площадках, когда-то выровненных водой. Был здесь приятный мелкозернистый песочек. Чай сварили из каких-то трав.

Двинулись дальше.

- Оп-па! Приехали!

- Что, Глаз, приехали!?

- Гляньте сюда!

Попутно с нами в песке отпечатались следы… Медведь!

Мы продолжали двигаться вдоль Ласкадуры, пока перед нами не возник прижим. На противоположный берег вброд Ласкадура тоже не переходилась.

Вот тебе, бабушка, и Юрьев День!

Повесили пятьдесят метров веревки вверх вдоль скалы по крутому травянистому склону, поросшему густой и кривой лещиной.

Чуть выше веревки Глаз обнаружил тропу! Большой ошибкой было, что по ней искал обхода. Возвращаться пришлось неимоверно далеко. Спустился только там, где мы шли еще до обеда. Весь мокрый и насобиравший на майку репейника. Такой обход нам был не выгоден. Трудоемко поднимались по веревке и были, наконец, на тропе.

Вскоре пересекли еще один вполне симпатичный ручей. Еще дальше идти по времени получалась примерно ходка. Ходку и шли. Тропа через полчаса расширилась под пологом густой лещины. Был здесь и худосочный ручей. Кто-то стоял лагерем: кострище и на ветке даже висели вылинялые трусы. Дальше тропа подозрительно сужалась и входила в густые заросли. Проходить это место дальше было нельзя.

- Лучшее - враг хорошего.

Стали лагерем. Вечер, ночь.

От потери жидкости и солей у Несчастного Глаза возникли эквиваленты тетании. Если согнуться, прямые мышцы живота сокращались в болезненный судорожный ком. Отпускало не сразу.

Приходилось лечь на спину, медленно выпрямлять ноги. Потом переворачиваться на живот, становиться раком и только тогда неторопливо вставать.   

24 августа 7-ой день

И вновь мы продолжаем путь к перевалу Джыварылд. Жара инфернальная. Но идти, хоть трудоемко, а ведь интересно. Топотуха, конечно, топотухой. Тропа все время разная. То идет в коридоре-желобе устланному листьями и под смыкающимися сводами лещины,

местами по скально-осыпным полкам, или влажному конгломерату, поросшему чудовищным и сочным травостоем.

К обеду пришли к последнему ручью. Через него пишут, что перекинуты бревнышки. Бревнышек не оказалось.

Перекинули штук пять толстых веток. По ним и перебрались. Алексей, который Михалкович, потерял где-то на берегу треккинговую палку, которую так и не смог найти.

Дальше зона леса заканчивалась и простиралась обширная луговая долина.

В поле зрения увидели коши. Там Весельчак Глаз запланировал отобедать. Коши были необитаемы и довольно запущены.

В этом сезоне, похоже, здесь и не жили. Тропки были слабые. Луг порос самой разнообразной растительностью.

Бросались в глаза розовые соцветия Иван-чая и насыщенно-синие колокольчики Живокости. Ядовитая, зараза. Все красивое ядовитое…

Мы поднимались полого по высокотравью дальше.

Зелень долины в вечернем солнце была особенно хороша. Пейзажи картинны.  Шли с рюкзаками гуськом, мерно покачиваясь.

От Ласкадуры мало что осталось, - в конгломератной промоине тек мутный ручей.

Только  нам её требовалось пересекать. Спускались, придерживаясь. Переходили и вылазили подавая друг-другу руки и ледорубы.

Для лагеря в нужное (еще не позднее вечернее) время нашлась прекрасная поляна с мягкой травой болотного виду.

Был тут и превосходный ручей. Глаз, прихватив каску, пошел мыться. Накрыла тетания. Долго не мог одеть штаны. Потом скручивало судорогой то аддукторы, то четырехглавую мышцу бедра, потом и икроножные. Но забесило больше всего, когда кисти рук, что не мог застегнуть вход в палатку.

25 августа 8-ой день

И снова жаркий солнечный день, и снова мы выдвинулись на подъем на сближение с перевалом. Сегодня его планировалось перейти до воды на той стороне.

Растительности было много. В  ней маскировались камни. Двигались полтора ходки вдоль ручья. Было ощущение, что вдоль него свежее.

Крутизна пологого склона стала увеличиваться.

Поднимались по буграм, поросшим рододендронами. Чуть выше стали соблазняться черникой. За три ходки зубья по бокам от перевального седла ощутимо приблизились. Шли ошибочно по орографически правому борту. Но нужно по левому. В итоге влезли в траверз по буйствующей растительности. Падали, поскальзывались. Глаз матерился.

Наконец обед, потом монотонный подъем по буграм с высокотравьем. От огромного количества выпиваемой воды Глаза пробрал понос. Пришлось принимать лоперамид. Зато уже отчетливо виделось приближающееся седло Джыварылда, а в русле ручья снежники.

Подъем с этой стороны ступенчатый. Следующая,  поднималась с не характерной для Н\К крутизной.

На платообразном участке очередной снежник.

Из-под него бежал ручей. Дальше в ближайшее время вода не предвиделась. Луговая зона с этой стороны на прощание стала нам демонстрировать особенное обилие цветов. Какие-то разнообразные колокольчики, ядовито-жгучие лютики и сурепку, крокусы, да и еще бог весть какие.

На Н\К поднимались по руслу высохшего ручья, сначала на три такта, после лазанием, еще дальше, обильно используя ледорубы! Н\К в моем понимании больше для бабушек с трекинговыми палками. Был бы склон мокрый, не представляю вообще, как бы мы здесь поднимались. Мощный, как обычно, сплоховал. Его периодически заносило в сторону, и он стал спускать на нас камни в желоб пересохшего ручья. Рискуя убить. Глаз матерился:

- Да еб твою мать! Стой блять на месте!! Ты что у Опытного Анатолия набрался!

Привал на очередной ступени плато и дальше последний участок крутого взлета (как-то тоже хочется дать еденичку).

Вышли на седловину. Это был Джыварылд. Он же Тавери. Для н\к непростой, и очень злоебучий по подходам. Технически прост, но пройти его чтоб, - требуется, конечно, положить сил. К тому же неоднозначен в навигации! Седловина широкая каменисто-травянистая.

Перевал красив, панорамен в обе стороны и стоит того, чтобы включить его в маршрут.

Вид с седловины Джыварылда 2850м н\к на запад

Из облаков с западной стороны перевала пробивались веером лучи солнца и ниспадали в осиянное ими ущелье Скилери. Всю эту систему многочисленных кулуаров ограничивала Лайла Южная (или её контрфорс). Это была резко возвышающаяся скальная пирамида.

Сняли записку, написали свою.

Сложили тур побольше.

Цветы Крокусы на перевале

Двинулись, наконец, вниз. Нужно было успеть сбросится до воды. На спуск продолжался каменисто-травянистый склон среди крокусов, сурепки и неких белых цветочков. Двигались вдоль левого каменистого борта. Как советовал киевлянин Трылис. Тропа пока не читалась.

Весьма высоко и далеко от зеленки Глаз нашел вполне себе площадки под палатки. Предлагали идти ниже, но можно встрять в каньон. В чуйку Глаза, как уже было с лесом, верили.

Закат был атмосферный. Тетания в меньшей степени и появился аппетит.

26 августа 9-ый день

День выдался насыщенным. Как обычно, дежурный поднялся в 5.30. Собирались ни быстро, ни медленно. Вышли как обычно.

Все та же жара. И что характерно эти все дни ни мановения ветерка. Спускаемся.

Пути два варианта. Группа Н. Риппы (поход 5 к.с.) в 2013-ом году обходила каньон, траверсируя к ручью Скилери склон 4 часа. В Трылису на это понадобилось 7 и более часов с ночевкой, выравниванием площадок и какими-то дюльферами. Третья группа на траверс потратила 8 часов 15 минут. Все единодушно отзывались о траверсе, как об очень трудоемком и небезопасном пути, - негде застраховаться на крутом травянистом склоне.  Группа Мартынова спускалась три часа к слиянию Скилири с ручьем, стекающим из-под перевала Джыварылд. И поднималась потом 4 часа к месту завершения траверса.

Жарко. Докучали мелкие и очень навязчивые мухи. Особенно заебали они, забыл написать, вчера на перевале. Шли ходками по 45 минут. Вскоре после лагеря обнаружилась уверенная тропа. Вниз она не очень спешила, все траверсировала влево, обходя притоки ручьев. Так нас увлекло на спуск. От траверса автоматически отказались. Спускаемся. Мимо заброшенных кошей.

Вошли в древнейший реликтовый лес. Прошло от времени нашего выхода из лагеря уже более двух часов. Неожиданно тропа просто взяла и потерялась. А склон дальше сделался столь крутой, что даже и предположить было сложно, куда она теоретически может продолжаться.

Ходили, искали, наконец – стали сбрасывать произвольно вниз. Глаз был в восторге, в просвете между деревьями явственно увидел дорогу, та самая, что поднимается от слияния двух ручьев.

Только туда еще требовалось дойти. Склон делался все круче и круче. Спускались, пока, наконец, он не стал вогнут до опасной степени.

-  Все, пиздец, приехали!

Мы попали в ловушку. И вниз никак и вверх никак. И не просматривается из-за леса ничего. До ручья, который шумел внизу, довольно еще оставалось далеко.

 - Так, а веревки же есть, - Догадался Дмитрий Прокопенко.

И, правда, со снаряжением мы не пропадем.

- Придется дюльферять в лесу. Это прикольно, - Согласился Глаз.

- Так это же до вечера будет, - Обиделись одногруппники.

- То есть, как до вечера? Веревки же две. Вот в два потока и будем. Так и сбрасывать мне потом проще, - Сообразил Глаз.

Куда дюльферять не было видно из-за перегиба склона и листвы деревьев.

Мощный, как один из самых быстрых, легких и ловких  используется как пушечное мясо. Его привязали и начали «сбрасывать». Вернее, не совсем так. Веревку он разматывал сам. Она, конечно, крутилась и путалась, но дело шло. Он быстро исчез за перегибом склона.

- Ты только не молчи, - Матерился в рацию Глаз.

- Часто слышалось шипение и обрывки только фраз.

С горем пополам (Мощный по рации подтормаживал) выяснилось, что 50 метров Мощный прошел, и что там даже удобно стоять. Дальше не понятно сколько, но нужно спускаться снова дюльфером.

Веселый Глаз выпускал туристов с верхней базы, Мощный принимал на нижней. Был такой участок, когда спускающиеся уже не были видны глазу Глаза, но и когда в поле зрения Мощного еще не показались. Так исчезла Алеся. Веревка была натянута, но дело, ни шло, ни туда ни сюда! И довольно долго. Что там у неё где закусилось не помню. Освободила её Марина, она шла по соседней параллельной веревке.

Весельчак Глаз связал веревки и пошел по двойной. Иногда в склон упираться ногами было удобно, но иногда попадались отвесно ниспадающие участки.

Вторая база была не очень заебись. Аудитория присела возле мшистых камней на двух уровнях. Чуть не упустили Машин рюкзак. Операцию повторили еще раз. Пятьдесят метров следующей веревки в аккурат хватило, метр в метр, чтобы дальше можно было спускаться ногами. Спуск заканчивался возле скального обнажения. С камней струйкой стекал водопадик. Вода на солнце нагрелась и была теплой, но все же как он был здесь кстати!

За спуск в лесу и дюльфер (на жаре) основательно заебались. Потом пятнадцать минут пришлось продираться через могучий травостой и кустарник. Глаз уже на чем свет стоит матерился, особенно удручали цепкие щупальце терновника.

Обедали два часа, причем с костром. Были на тропе возле слияния двух ручьев. Она должна нас была вывести к перевалу.

Глаз за обед не восстановился, шел плохо. Подъем был плавный, но нудный. Перешли по импровизированному мостку ручей. В него чуть не свалился Мощный.

Нас обогнали всадники. Группа продвигалась по маркированной туристической тропе. Метки были на камнях, деревьях. Долина Скилири  весьма живописна.

Зелень склонов казалась особенно насыщенной. Увидели наш перевал Джыварылд уже с нижнего ракурса. Путь спуска как на ладони. А вот с дюльфером нам очень повезло (у Глаза чуйка). Сбросились мы очень я хочу сказать метко. Прямо к мостку. Если бы увлеклись в сторону ниже, - звиздец! Там голые скальные сбросы, не знаю право, что тогда и делать.

Глаз от жарищи мокрый как собака. Лучше всех темп держал Леха. Он не напрягаясь уходил вперед. Иногда даже набирал воды и поил проходящих нас мимо, чтобы не останавливались. Поначалу шли ходки по сорок пять минут. Потом ходовое время Глазом было упразднено до 30 минут.

Путь к перевалу Джвари не однозначен. Указатель показывал совсем куда-то не туда на холм, а не по направлению основного ущелья.

Прошли дальше, где были коши. Коши эти обитаемы. Лаяли собаки. Сваны объяснили, что Лайла там (куда указывал указатель). Предлагали остаться у них.

Пришлось возвращаться. Но не много. От указателя в сторону перевала Джвари нашли совсем неприметную тропинку, прячущуюся в лопухах. Для стоянки выбрали место возле высохшей пихты исполинского размера. Вокруг полянки гигантские стебли растений. Коровье говно. Недалеко коши. К ручью приходилось пройти. За водой сходили с Мощным.

Стемнело.   

27 августа 10-ый день

Прибежала от обитаемых кошей вчера еще неприветливая собака. Была сегодня не на своей территории, напротив, весьма дружелюбна и любопытна. Все та же солнечная погода…

Собирались под большой старой пихтой. Шлось сразу тяжело и неимоверно жарко. Потом, правда, разошлись. Как и все другие дни почти безветренно. Я ловил каждое его мановение. Первые сорок пять минут тропа бодрая и уверенная.

Подъем на увал

Она постепенно стала теряться в растениях. Поднимались мы на большой скругленный поросший травой увал. Это было довольно напряжно, нудно и к тому же сухобезводно.

Настоящие туристы

Тропу потеряли, но периодически попадались наметки на тропу. Ни быстро, ни медленно, шли, поднимались.

Выходило тем не менее довольно методично. Ходка, привал. Ходка, привал.

Слева крутой овраг со снежником. Воду выпили. Но туда ходил Алексей, который Михалкович. Снова у нас была вода.

До обеда так и двигались. Наконец выбравлись на удобную площадку за камнем-останцем.  Там сделали сиесту. В тот же овраг, но еще более круто ходил за водой уже Прокопенко. Снова у нас была вода.

- Ну, вот, знал бы, что там так, не пошел.

Ходить за водой было совсем неудобно.

Отдыхаем. Но от солнца спрятаться некуда. Кусаются эти паскудные мухи, но их уже не столько, как раньше.

На плече увала

После обеда и отдыха продолжили подъем на этот же самый увал. Увал постепенно выполаживался. Наконец мы вышли на его плечо.

Пиздец, - целая система кулуаров узких, мокрых

А на ту сторону ниспадал крутой травянистый склон к снежникам. И, - о Господи! Где кулуар с перевальным седлом предполагаемого перевала Джвари какой-то пиздец, - целая система кулуаров узких, мокрых (небезопасных, короче).

Крутизна явно градусов сорок (это уже лазание). Орографически слева висячий ледник. Особенность перевала Джвари с южной стороны, - ниоткуда не видно его седло. Всегда  путь движения неоднозначен. С северной, где ледник, -  напротив, все обозревается хорошо. Перевал во всех отношениях прикольный. И для 1Б* непростой.

Стали спускаться вниз по травянистому склону, в направлении кулуара, который казался основным. Кулуар не просматривался совсем, мы двигались поперек к нему. Смущало, что это все выглядит не по-писанному. Как-то писалось не так. Присели, Веселый Глаз полез за описаниями. Посмотрели вовремя. Никуда спускаться, оказывается, не надо. Наоборот, дальше по продолжающемуся плечу гребня вверх, пока он не закончится.

Группа на травянистом гребне

И потом еще косо вправо-вверх по «неприятным» скально-осыпным полкам. 

Травянистый гребень длинный. По нему поднимались дальше. Стало вечереть, а он еще не закончился. Конец ходового дня был очевиден. Поднялись на плоские площадки. Дальше гребень круто поднимался еще и уже довольно скоро упирался в скальные нагромождения. Там где-то начинался «траверс скально-осыпных полок», которые «выводят в рыжий кулуар».

Система кулуаров южной стороны (я ситаю, что она определяющая) Джвари. На заднем плане висячий ледник

Как раз, когда мы были близки к концу гребня, видимость закрыла облачность. У Несчастного Глаза чуйка. Интуитивно чувствовалось, что видимости в ближайшее время может не быть и что эта плоскость до перевального седла Джвари (а туда можно и не успеть) последняя. Пришлось разворачивать лагерь. Лагерь без воды.

На завтра примерно так

Её попросту здесь  не было совсем. Даже в разумной отдаленности поискали, но это ничего не дало. На склонах ни кусочка снега.

Место, тем не менее, было помпезным. Тихо и безветренно. В этом безветрии облачность медленно и мрачно надвигалась и клубилась.

Клубы её вращались, периодически уступая место видимости. И тогда становилась видна гигантская скальная стена с висячим ледником и мрачной системой диких каменистыных кулуаров, мой генерал. Глубоко внизу шелестела недосягаемая для нас вода. Ужинали всухомятку.

 28 августа 11-ый день

На Лайлу ходят с перевала Джвари. До него оставалось 540 метров высоты (по жпс). Глаз изобрел подъем утром в пять. Потом идти до Джвари (примерно три часа). По описаниям ближайшая вода ТАМ. Много воды. Но зато тогда можно сделать полудневку, а 29 уже подняться на Лайлу Главную. Мозаика сама на счет тактики и сложилась.

Небо безоблачное. Сначала мы были в тени, но она все более отодвигалась. Идти по сорок пять минут ходками оказалось не выгодно, то есть не возможно. Склон стал столь крутым, что удобнее было подниматься рывками. Рывки получались метров по 70. Двигались дружно. Отставал Алексей К. у которого просто не было запаса «топлива».

Пробовали есть сладкое. Пить хотелось сильно. Приходилось крепиться. Каменисто травянистый гребень закончился. Передохнули. Дальше муторно по «скально-осыпным полкам». «Полки», конечно, так себе, под наклоном и местами очень эфемерны.

Шли дружно, старались плотной группой. Если кто-то хотел оторваться, одергивали все, чтобы не убил камнями. Потому что ходьба уже граничила со свободным лазанием.

Лазанием идти было тоже неудобно, камень здесь был вперемежку со сланцевой породой. Зацепки для рук и опоры для ног так себе. С рюкзаками идти трудно.

Шедшие сзади, наблюдали спереди филейные части впереди идущего. Куда-то в сторону занесло Наташу. Прокопенко ходил забирать рюкзак, она попала в ловушку. Анатольевщина называется. Но ходили мы хорошо, Анатольевщины было мало, и слава Богу не было совсем самого Опытного Анатолия. Вспоминали его хоть и нечасто, но вспоминали. Попади он в состав, о такой лафе можно только мечтать (ему)! Много новых ушей, да и столько возможностей, чтоб куда-нибудь «поперло». На каждом шагу.

Безобразие. До сих пор видна гигантская старая пихта, подле которой мы собирали вещи, вчера утром. Еще семьдесят метров. Отдых. Пихта исчезла за скалой.

Приваливаться стало плохо. Можно упустить рюкзак. Выше скалы стали неудобнее. Сланец. Скально-осыпные полки закончились. Вместо широкого рыжего кулуара, был широкий серый. Возможно, рыжий следующий за гребешком. Поднимались по серому. Уже и перегиб был не далеко. Мощный обильно фотографировал.

Осыпной сланцевый кулуар

На гребешке открылось широкое седло Джвари 1Б* 3450. Оно что «поле» и ниже нас. Виднелись несколько площадок под палатки, обложенные камнями.

Седло Джвари 3400 1Б*. На заднем плане три Лайлы. Северная, Глазная и Южная (обрезана)

Грязный лед. ВОДА! Много воды. Бешеное солнце. Но здесь прохладнее! И нет блядской жары. Лафа, никого нет и хорошо.

Спустились косо вниз по каменной осыпи. Мы на перевале! Вода! Стекающие по льду ручьм и даже озерцо.

Джвари на юг

День провели в неторопливых бивуачных делах. Одевали кошки. Ходили, проверяли, не сваляться ли. Глаз осматривал склон классического и альтернативного пути подъема. И тот и тот протаявшие и разорванные. Разумеется, при выходе к контрфорсу (завтра) все будет выглядеть иначе.

Отдыхаем. Вид с перевала на юг

Свежего снега и заморозков не было давно. Лед серый, грязный. Как же здесь хорошо. На подобных больших водораздельных перевалах в основном свищет ветер. Но его не было. Шикарный вечер, шикарный закат и вид на Эльбрус.

 

 "Наша" Лайла посередине

Назавтра Глаз дежурный. Подъем несколько раньше обычного. В 5.00. Планировалось восхождение на Лайлу Главную 2А 4008м. В связке хотелось бы еще взять Южную, но умерял аппетиты цейтнот. Шли мы впритык. И даже отставали. Резерв времени сожрала дорога. Но пешеходный наш сценарий полностью соответствовал описаниям. Запланировано было набрать 600 метров до вершины, спуститься, отдохнуть два часа и максимально, сколько получится, двигать вниз. Следующий перевал Чижди 3080 1А. До него не совсем вниз. Помниться метров 250 набора.

Находились мы на перевале Джвари. В 2015 году с южной стороны (с которой поднялись сейчас) на него мы не попали.

Ложный Ускури (?) 3400 2А

Заблудились в радиальном схождении ущелий урочища Скимери.

Перевал, на который поднялись тогда, по каким-то старым советским схемам (чрезмерно упраздненным) постфактум был идентифицирован (тур сложили сами) как Ложный Ускури 3400 2А (возможно, я ошибаюсь).

Долго мы потом бродили по каньонам, а когда из них вышли, времени на Лайлу только и оставалось (собирались же в том 64-ом походе сделать связку Лайла-Тетнульд). Зашли на Джвари через Чижди. И-и-и – ёб твою мать!

7 октября погода устроила нам вакханалию насилий и убийств! Вместо восхождения молоко и вытекающая из этого неизбежная пурговка.

8 октября чудом ушли вниз, блуждая по лабиринтам трещин ледника при выжидании окон видимости. Благо действиями чётко и чутко руководил Опытный Анатолий. На самолет успели тогда впритык.

Перевал Джвари 8 октября 2015г

Лайлу, как логическое завершение путешествий по Сванскому Хребту, закрыть уже ничего назавтра не должно было помешать. Звездное небо и безветрие... При своей технической простоте и невзрачности с перевала Джвари, Лайла панорамна, и помпезна! Особенно у европейцев.

Как оказалось, назавтра я мог погибнуть…

29 августа 12-ый день

Погода шикарнейшая. Глаз варил еду. Дежурили по двое. Но один хозяин раскладки, другой помогает. Следующий день наоборот. И так далее. Хозяйство велось хорошо.

Кавказ гибнет от жары, ледники умирают. Ночью около нуля, а на такой высоте лишь легкий заморозок! Трафик воды, стекающей по льду, сократился до минимума, но тут подле нас было целое озеро. Только подернулось хрупким ледком.

Алеся не пошла. Выдвинулись всемером. Снаряжения взяли и для перил. Петли, крючья, оттяжки, карабины. Возможно, путь протаял настолько, что придется перебираться по всяким мосткам или, чего хуже, забираться на какие-нибудь невысокие бергшрунды (высокие мы бы просто не успели). При визуальной оценке снизу, - бергшрунды изобиловали.

Шли уверенно и абсолютно непринужденно. Справа обошли нунатак, быстро и решительно. Склон потом мульдообразно выполаживался. Веревки несли на себе. Все видно. Ледник открытый. Голый рыхлый лед. Небольшие трещины переходили и перепрыгивали. Небо безоблачное. Солнце светило бешено. Эльбрус и Западный Кавказ, как на ладони.

Привлекала внимание подковообразная вершина (1) с ледником (Западный Кавказ я не знаю плохо) и восточнее неё тоже импозантная пирамида (2). Высотою и та и та сильно под четыре. Через 45 минут присели.

- Погодите, не гоните так! Заебемся.

Мы были напротив западного контрфорса, что отходит от Главной Лайлы. Альтернативный путь, обходящий контрфорс с севера (так решил подниматься киевлянин Трылис), выглядел совсем не привлекательно. Протаявший ледник был с этой стороны круче и сплошь разорван. Причем трещины соприкасались со скальным гребнем контрфорса. Классический же путь подъема смотрелся не только проходимым, но и довольно примитивным.

Насыщенно-черная мелкокаменистая осыпь

Вышли к насыщенно-черным мелкокаменистым осыпям. Дальше, требовалось связываться.  Глаз распределил состав.

Шли бодро. Лед был в столь идеальном состоянии, когда удобно фиксируется кошка. Особенно эффективно с пиздатым пристукиванием. Это было особенно кстати. Как раз был косой подъемный траверс, параллельно почти сбросам с висячим ледником. До сбросов сто метров. Падать нельзя!

Хорошо идем, дружно и быстро. След в след стараемся идти. И уже гораздо ниже наш перевал.

Траверз над висячим ледником прошли оперативно. Дальше можно продолжать подниматься вдоль скального контрфорса, а лучше правее (по ходу на подъем), обходя проломы ледника. Да и подозрительно много камней лежит ближе к контрфорсу. Взяли от него от греха подальше.

Ледник выше закрытый. Поднимаемся, идем. С контрофорса полетели камни. Глухой зловещий шелест. Прямо при нас выкатываются на ледник. Греет солнце скалы… Не нужно там идти.

Подъем оказался проще ожидаемого. Никаких бергшрундов на пути не было. Перед подъемом на плечо между Главной и Южной вершинами шли попеременно. На широком плече в протаявшей канавке бежал ручей. Набрали воды. Небо без облачка. Солнце сияло истошно. Полный штиль. На осыпном широком гребне сняли кошки и оставили веревки.

Лайла Южная

- Да аккуратно вы камень спустите на Прокопенко ненароком. Тут «из-за поворота», шелестя кошками на подъем, появилась связка «Дмитрий Прокопенко».

По осыпному гребню идти не долго… Вершина. На ней большой тур. В нескольких походах я лицезрел три вершины Лайлы и наметил на высшей точке Сванского Хребта побывать. Вершина того стоит. Не в спортивном плане, в плане панорамности обзора это точка беспрецедентна! Весь почти Сванский виден Хребет и две трети Кавказского, как на ладони. То же и с Эльбруса в хорошую погоду, но ракурс не такой.

Вид на Безенгийскую Стену с юга

Перевал Джвари. На юг ниспадают крутые каменистые кулуары

Наши палатки (внизу посередине кадра)

Посетила мысль проделать траверз Сванского Хребта. Пока подобных описаний я не встречал.

Сванский Хребет (и маршрут травеза) из района перевала Роккуэла-Кента. 68 поход. Фото Глаза

В каком-нибудь июне, когда снега гораздо больше. Отсюда выглядело это посильно. Разумеется, много придется спускаться, обходя всякие жандармы, и прочее (может оказаться значительно спортивнее, чем выглядит с Лайлы визуально). Никаких описаний я не встречал, тем более интересно…

Главный Кавказский Хребет в конце августа не такой уж и «Седой Кавказ». Уровень ледниковой зоны довольно высоко. И отступает она из года в год все стремительнее…  

Фотографировались, пили чай динамили. Обычно с вершины гора выгоняет. Лайла Главная выгонять нас не торопилась. Ничего не стоит сходить и на Южную. На Северную же острый сильно разрушенный гребень с жандармом отнюдь не простой.

Галечные осыпи. На заднем плане "розовый снег"

Быстро сошли мы до черных галечных осыпей. Так странно, пока спускались по пути подъема куда-то исчезли следы? На осыпях развязались. Дальше все открыто. Идя вверх, обходили нунатак выше. Спускаясь, Несчастный Глаз нунатак проскочил, виден стал он попозже. Появился «розовый» снег. Странно, по такому вверх, кажется, мы не шли… Кажется, лучше свя… Хуяк!!

Я висел распершись локтями и навалившись на правый бок. Ноги свободно висели!

- Отойди, Маша! Отойди назад!! Провалимся оба!!.. Ненормативная лексика.

Распершись о стенки трещины забросил назад ногу и перекатился через спину. Я был поверх ледника. Подполз к зияющей дыре. Она, расширяясь конусом книзу, бездонно чернела, - несостоявшаяся трагедия! Не дремал сегодня ангел хранитель.  

Связались. Впредь какой бы ледник не был «открытый» только в связках! Обогнули нунатак и, перепрыгивая многочисленные поперечные трещины, слегка поднялись в лагерь. Перевал, палатки.

Глаз дежурный. Отобедали. Отдыхали два часа. Аппетиты были неумерные, в идеале дойти и перевалить Чижди.

Шли на спуск сначала почти по центру ледника, потом, орографически прижимаясь справа. Слева шерились непроходимые сераки и разломы, ниже переходящие в ледопад. Время было сильно под вечер. От спуска в кошках по голому безснежному льду основательно устали пальцы.

Лавируя между трещин, не так быстро как все это вспоминается теперь, вышли на морены. Здесь было много ручьев, площадки, но идти требовалось еще вперед.

За три года все как-то поменялось и узнавалось с трудом. Помнится, что мы траверсировали травянистые осыпи. Сейчас блуждали среди бараньих лбов. Спорили куда и как идти.

Прошли не столько, как хотели. К Чижди приблизились, но перевал был еще далеко. Перебрались несколько ручьев-водопадиков. Площадка в виде поросшей травой складки морены нашлась сама собой. Лагерь, ужин. Никаких туров и тропы. Самый ловкий и скороходный считался Антон Мощный. Было решено его поднять с дежурными и отрядить в разведку искать тропу. Или она идет ниже или выше. Ниже бараньи лбы и осыпи, выше все неоднозначно, нужно пересекать овраги.

Августовское ночное небо. Падали звезды. 

30 августа 13-ый день

Глаз пробовал варить еду. Вернее Маша варила, Глаз порезал то, что нужно, а потом просто лежал. Еда варилась сама, но Глаз дирижировал и снимал пробу половником.

Как было и запланировано, Мощного отправили в разведку. Он, прихватив ледоруб, пошел по направлению вниз. Быстро и даже казалось, будто слегка подскакивая.

Поднялось солнце. Оно лениво начало выбираться из-за гребня. Небо безоблачное.

Уже приготовился завтрак, и даже поели. Уж только потом появился Мощный. Тропу он нашел. Идет, оказывается, выше. Четкая и промаркированная турами.

- А ниже поубиваться можно.

Вышли, набирая на травянистый гребень морены. Тропа появилась довольно скоро. Хоженая. Она переправилась через ручей и стала плавно спускаться.

Живокость

Привалились возле выложенных из камней хижин. Крыты были листами железа. Их не было в 2015 году. Хижины строят пастухи.

Для этого сюда нужно притянуть материал снизу через перевал. Гонять через перевал скот неизбежность. Скудной травы в родной долине для всех не хватает. Ищут угодья, где приходится.

Перевал Джвари и ледник Лайла

Полтора часа шли мы еще на подъем. Перевал Джвари, да и гигантский ниспадающий перламутровый язык ледника Лайла выглядел особенно панорамно и эффектно.  Шли быстро.

Чижди 2015

На перевале привал. Здесь появилась связь. Шли мы день в день, как и запланировали, без опоздания.

В центре кадра Южная Ушба 4710м

Связались с Юрием Владимироваичем Лившицем. Он уже оказывается в Батуми. Пришло также сообщение с Грузинского номера. Действительно звонила жена дяди Малхаза Манана. Про нас они в курсе. Ни адреса, ни прочих контактов у Несчастного Глаза не было. Было решено направить в деревню Жабеши Максима, чтобы там нашел его по сарафанному радио. Действительно он нашел. Для убедительности Дядя Малхаз показал Максиму фотографии. И интересовался почему-то Русей. Максима сказали, что сейчас нету, куда-то уехал на велосипеде и обещался быть только к завтрашнему утру или обеду.

Подходы к Чижди 2015г

Погода солнечная и безветренная. Здесь не было инфернальной жары, при которой мы начинали поход. Было сухо и привольно. Солнце уже не прожаривало в духовке. Не привычка это была. К жаре я не привыкаю.

Андрюша Бай недалеко от Чижди. Утренний лагерь 9 октября 2015г

Вид на перевал Джвари с Чижди октябрь 2015г

3080 1А. Перевал Чижди.

Симпатично. Ушба с непривычного ракурса. Повернута своей Южной пирамидой и заслоняет Северную вершину. Но я уже здесь был. 9 октября 2015.

Чижди 2015г 9 октября

Объявился и дядя Малхаз на следующем привале. Разговаривал Глаз. Следующий сеанс связи назначили через три часа. А пока спускаемся. Дружно и довольно быстро.

Так добрались мы до зоны леса. Три года назад Дмитрий Прокопенко рассказывал, как в домашних условиях приготовить суши и вообще про культуру и этикет еды суши.

Это вспомнилось. А так как все значительное происходит дважды, было потребовано повторить рассказ теперь. Прокопенко охотно озвучил в том же объеме и тоже что и тогда, три года назад. Место и рассказ полностью совпадали.

Спускаемся. Первой частью похода Глаз был доволен. Все получилось в сроки и в 100 процентном объеме. По продуктам и хозяйству все вышло «в елочку». Группа без повреждений и не заебаная. Да еще и жара спала, чему же не радоваться…

Встретили общительных грузинов. Сообщили что да, были на Лайле Главной. А идем из Лентехи.

- Что и крест видели?

- Да видели.

С гидами ходил и Профессор Мориарти. Только они, чуется мне, поднимались на контрфорс Северной (на саму Северную вершину визуально нужно скальное снаряжение).

Cвинарник 2015г

По той же секретной тропке, что показал местный дедушка тогда в 15-ом, теперь и спускались. Потом между домов через калиточку-изгородь  (закрывают от коров). Все по прошлому маршруту. Перешли по мосту реку. Три года назад стоял тут перед домами давно умерший 130-ый ЗИЛ (был даже на месте двигатель без головы) с классической бело-голубой кабиной. Время идет. ЗИЛа уже и в помине не было. Так дошли мы до дома, где три года назад подарили лишки продуктов. Вышел человек лет сорока. Репутацию портили татуировки со свастикой.

- Здравствуйте, вы Сосо?

- Сосо отец. Я Слава.

На карте деревня называется Лезгара. Но это у Грузинов никакая это не Лезгара. И вообще состоит она из каких-то общин, все называются по-разному, что нам приезжим даже не понять.

Слава выяснил, что мы ходили на Лайлу Главную и пришли из Лентехи.

- А кто гид?

- Я гид.

До этого ничего не получалось в переговорах с дядей Малхазом. Откуда нас забирать объяснить никак не получалось. Глаз поэтому и изобрел найти местного, чтобы он и рассказал, куда ехать. Объяснил Слава довольно скоро. Дядя Малхаз сказал, что скоро выезжает. Сговорились и с оплатой.

Ожидать сели на зеленом пятачке на обочине дороги. Мимо много раз проезжали местные. Все приветливо кивали, будто мы здесь завсегдатаи. В ходу китайские пикапчики с маленькими колесами. На них с лихвой возят и сено.

Появился и Слава с огурцами и горячими лепешками (национальные сырные лепешки, у них хаччапури называются). Ушли они мгновенно. Денег за угощение не взял.

Не заставил себя ждать и бусик с дядей Малхазом. Оперативно погрузились. Подошел и Слава. Они стали обниматься с дядей Малхазом, будто знают друг друга годами.

Ехали сравнительно долго. В Местии Глаз уже бывал. В том числе и в кафе Лайла. Оно большое и двухэтажное (официантка сказала тогда, что по-русски не разговаривает, по-английски, пожалуйста). Теперь зайти сюда было символично. Сейчас людей здесь было под завязку. Все хипстеры. По Грузии путешествует много иностранцев. А большинство из них все-таки хипстеры.

Купили в магазине выпивки, национальных пельменей, ну, и еще еды. Суетились, раздражались. Кроме Глаза, выпил стрессопротектор и умилялся.

Поехали в Жабеши. Стемнело. Большое семейство дяди Махаза вывалило на крыльцо. Сразу было неловко. В процессе разместились, помылись и сели за стол. Нам никто не мешал. Хачаппури, хинкали, вино, водка, чача, рагу. Глаз объявил первую часть похода номер 80 завершенной триумфально. Проделанной в полном объеме и в запланированный срок. Но, назавтра нужно было спешить.

Следующая вторая часть была фиаскальная…  

Чаcть 2 Фиаскальная

 

31августа 14-ый день

Удивительным образом вчера, хоть тому было немало предпосылок, Глаз не напился. Вернее поддал, но демократично. Утром не было никакого похмелья. Всё та же солнечная погода. Но это уже не инферно начала похода. Пекла и крематория дальше не было.

Мы постирали кое-какие вещи. Они теперь висели, просушиваясь на шнурке. Леха Михасевич катался на качелях.

 

Завтрак от дяди Малхаза. Сытно, вкусно. Сидели мы на улице под дикой грушей. Вокруг ходили сонные куры, рассчитывая на очередной кусок лепешки. Из дома дяди Малхаза утром увезли большое количество внуков. Было теперь блаженно, тихо, как будто другого чего-то и проблем вообще не существует.  

У Мощного сегодня день рождения. Это дело с утра как следует отметили. Нашелся и подарок. У Глаза был ну такой не то шапка, не то, шарф, не то платок. Он как-то даже называется. Забыл, короче. Как раз для походов. Только Мощный его не взял, оставив в бусе в вещах.

Сидели на улице весело и непринужденно. Шлифовались и попивали чаек. В районе 11 появился Максим. Он, правда, было очевидно, не сильно жаждал нас куда-либо подвозить. Желающий это сделать, однако, нашелся быстро (Дядя Малхаз позвонил). Ну, разумеется, за сдельную плату. Грузинов «на местах» еще не разбаловали и любое дело можно решить за умеренную плату.

На сегодня было запланировано подойти под взлет перевала Роккуэла-Кента 1Б 3450м. Не то чтобы уже под сам взлет, а к моренным выходам (до взлета от них две ходки).  Для этого требовалось  подъехать, дабы сэкономить время и силы, максимально высоко, сколько возможно почти к концу канатной дороги. Путь под солнцем туда на подъем с рюкзаками выглядел совсем не привлекательно. Куда подвозить – а в то самое место, где мы вышли в 2016 году, спускаясь с Тетнульда. 

Так начиналась вторая часть похода. Алеся и Алексей К. во вторую часть не шли. Предварительно так и договаривались. Оставались мы дальше вшестером. Мобильные, мотивированные и не убитые совсем первой частью.

Дядя Малхаз нашел что-то типа пикапчика (какая-то не дешевая Тайота, но не Секвойя). И если двоих посадить с багажом, то мы вполне хорошо и комфортно себе влазили.

Глаз сообщил дяде Малхазу, что вернемся мы к нему 7 сентября в обед, и что к этому времени хотим пять литров вина и два литра чачи. Дядя Малхаз заверил, что будет в обед 7 сентября и то и другое.

Ехали по серпантину. Вещи тщательно увязали веревкой. В кузове Наташа и Дмитрий Прокопенко. Также Пенсионер. Его взяли прокатиться и фотографировать. Еще вполне себе ходибельный сезон. По дороге попалось немало хипстеров с рюкзаками.

Там же, где и завершили активную часть похода в 2016-ом, выгрузились из пикапчика. Сразу же уверенно начали траверсировать травянистые склоны. Тут идет бодрая тропа. Она иногда разветвляется, но общее направление однозначное на траверс. По левую руку от двигающихся нас возвышались скалы отрога хребта, вершина которого Тетнульд. Справа внизу зеленая долина Адишчалы. Где-то там были и Адиши.

Вчера позвали за стол, сегодня тоже не нашел время помыться. По пути попалась лужа-озеро. Как раз настало время привала. Вымылся в нем. Еще и проточное. Вода не ледяная. Озерцо успевает прогреваться. Вода как в аквариуме, но только если не мутить воду с дна.

Теперь не было жарко. Шлось весьма комфортно. Двигались по 45 минут. В распадках тропа пересекала ручьи. Останавливались, пили воду.

За три часа пришли к подъему под морены, выводящие на взлет перевала Роккуэла Кента. Это был пологий травянистый склон, с отдельными скальными останцами, каменными россыпями, разливами ручьев. Здесь необычно и неимоверно живописно. За перегибом склона раскинулась большая и особенно удобная площадка. Тут образовалось озерцо.

- Черт, хипстеры!

Уже стояло несколько палаток.

- Глаз, смотри, там еще хипстеры.

Левей и выше тоже стояла палатка, и еще одна.

- Пошли на перевал сегодня, - предложил Дмитрий Прокопенко.

- Ну, ты что ебанулся… А ночевать ты где будешь, - ввернул Глаз,  - Только чтоб завтра не пошли туда хипстеры раньше нас (склоны 1Б камнепадоопасны. Этот перевал представляет собой узкий кулуар в виде щели между вздымающимися скалами).

Вскоре были найдены не менее удобные площадки. Травянистые, с отдельными огромными валунами. Последние перед началом начинающейся крупноблочной морены. Чуть в стороне от полянок гигантские отдельные скальные блоки-останцы.

Для удобства Весельчак-Глаз решил подстраиваться под группу, которая как раз из Жабешей и шла на Гестолу. Имелся отчет с фотографиями, ориентирами и хронометражем. Смущало то, что это была не только пешеходная пятерка, да еще и с элементами шестерки. Но начальная часть была вполне демократична. Отчет за 2013 год был признан довольно свежим и расценен, как вполне адекватное руководство (других всё рано не было).  

Глаз результатом дня был доволен. Все выходило «в елочку». То есть шли также, как и в описаниях. Довольно быстро завершили первую часть, перепаковались и оперативно выдвинулись на второй этап. Мы шли на Гестолу.

Закат сначала был красив. Штиль и покой. Неторопливо разворачивали лагерь. Выпили за день рождения Мощного еще.

Быстро-быстро это произошло. Всё началось с облачности. Она стремительно вместе с сумерками превратилась в свинцовую мглу. И вот, когда только приготовился ужин, - вдруг разразился ливень! Второй за поход. А вот как закономерно. Первый ходовой день первой части и вечером дождь. Первый ходовой день второй части и вечером тоже дождь!

 

1 сентября - 15-ый день 

Облачно. Безветренно и чуть-чуть мрачно. Вышли в хорошее время, но на час позднее спортивной группы, отчетом которой руководствовались. Подъем начался по крупноблочной морене. Подход под перевальный взлет визуально ощущается не далеко, но требуется лавировать среди гигантских скальных обломков. Многие живые, податливые.

- Глаз, вон перевал!

- Это Гнезда Амарантов. 1А

- Глаз, там хипстеры!

- Да, хипстеры.

Действительно на взлете хорошо виднелись цветные точки полдюжины хипстеров.

- Глаз, за нами хипстер пристроился!

- Он на Тетнульд идет. Вряд ли ему нужен Роккуэла Кента (на Тетнульд, пожалуй, через Роккуэла Кента подниматься удобнее).

Хипстер действительно дошел с нами до привала. Как раз вышло 45 минут ходового времени (первая ходка).

Это был самый классический хипстер. Скалолаз и больше путник-одиночка из ближнего европейского зарубежья. С довольно дорогой экипировкой. Бородатый (это обязательно), ну, и какими-то там косичками вроде. Общительный и любопытный. Отличаются они от нас склонностью к сольности, командность приемлют только, если то диктует необходимость. Не принято у них поделиться в случае чего вещью. Питаются, как правило, отдельно друг от друга из каких-то пакетиков.

Взлет перевала Роккуэла Кента в виде узкого, зажатого между скал, осыпного кулуара

Крупноблочная морена на подходах к перевальному взлету Роккуэла Кента. Слева два спускающихся хипстера, среди нас (справа) в оранжевых штанах хипстер)

Седло перевала Гнезда Амарантов 1А

Перевальное седло Роккуэла Кента

 Вскоре добрались мы до перевального взлета. Шли сегодня дружно. Не быстро (из-за Глаза в основном, что ходит с невысоким темпом), но методично. Крутизна склона начала постепенно увеличиваться и полностью соответствовала 1Б. Выше осыпной склон переходил в кулуар. И чем выше он поднимался, тем становился уже, зажатый между не то коричневых не то бежевых каменных стенок. Прокопенко фыркал.

- Да пошли быстрее, погода испортится.

Действительно, хоть и было безветрие, но довольно быстро собралась облачность и находила временами на нас, поглощая в свои влажные объятия. Кругом тихо. Слышно лишь звяканье о камни шести штычков ледорубов или матерная брань Глаза. Склон стал еще круче, а осыпь время от времени съезжала. Глаз матерился.

Через 400 метров крутого взлета вышли к ключу перевала. В середине профиля склона скальный остров, который обходится орографически справа (но по ходу слева) лазанием. Но лазание затруднено, что точки опоры - отдельные сланцевые выступы, то сыпучие, то не достаточно выраженные или вовсе между хорошими ступенями расстояние большое. Требуется тогда делать затратные на физуху рывки с неимоверной одышкой.

Ледовое седло перевала Роккуэла-Кента 1Б 3450м. В туре записка киевского турклуба Глбус. С ними мы встречались в 2013 году на перилах между лагерями 5300 и 6300, когда спускались с Пика Корженевской. Они шли 9 человек на подъем. Руководитель Волкова.   

Молоко. Посидели, поели, попили воды (здесь была). Решили поставить палатки, но сильно не раскапущиваться. Поставили, лежим. Ждем, это, значит.

- Глаз, что делать то будем?

- А хуй его знает. Будем петь пестни.

Действительно пели пестни.

- Жжил да был, жил да был, жил да был один король! Правил он, правил он, правил он страною ИИИ людьмИИ! Звался он, звался он, звался он Луи второй, но в общем пестня не о нем, а ААА льубвИИ! – а что вы так подпеваете плохо? - возмущался Глаз.

Динамили не так уж и долго:

- Глянь, Мощный, что там на улице.

- Ледник просматривается, Глаз.

- И что, далеко видно?

- Да, вниз вообще далеко…

- Собираемся и ноги в руки!

Глаз в палатке скрупулезно почитал описание группы, что шли пятерку. Связались веревками. Глаза запустили первым. Ледник был серым. Ледник был розовым. Ледник был желтым. Ледник был грязным, - так давно не падал тут снег. Но метров на триста-четыреста выше – убеленные склоны.

По центру и сверху Гестола

- Ух! Блять, еще и закрытый (относительно, если этот термин применим).

Идем. Спускаемся. Мерно покачиваясь. Вразвалочку, чтоб внутренними задними зубьями кошек не зацепить штаны.

Хуяк! Глаз провалился! Над снегом торчала шапка! Это был тяжелый сырой снег, по ощущениям, наверное, будто тебя засосало в болото (слава Богу пока не засасывало). Сам не вылезешь, ни ногами, ни руками не пошевелишь.

- Отойди Маша отсюда на всю длину! И веревку внатяжечку держи и подтягивай на себя! Мощного в Прокопенко сюда, а они пускай за лямку рюкзака и подтягивают. За шиворот, как кота!

Подошли.

- Давай на «и взяли», фрикциями!

Вытянули фрикциями на «и взяли». Глаз помогал ногами. Трещина была широко поперек склона и границы для обхода под снегом определялись плохо (фотки не передают картины). Но скорее всего подрезан весь.

- Держи, Маша, внатяжку (шла за Глазом). Я поползу, а ты потиху веревку отпускай. Вгони ледоруб, сядь и кошками упрись.

Глаз переполз к камню.

- Да что, ты ползать не умеешь! - матерился Глаз, - Раком! Раком ползи, по моим следам! Завяжите на веревки впереди себя восьмерки!

Трещину переползли. Спустились ниже. Уже дальше был голый лед. Хорошо (орографически справа) обозревались выполаживания морены, где и ночевала группа, согласно описаниям.

Распогодилось. Мы давно были в тени. Но лучи заходящего солнца еще долго шарили по верхам. Час на разравнивание площадок и постановку палаток. Команда палатки Дмитрия Прокопенко в этом преуспела. Солнце, перед тем как уйти за дальние горизонты окончательно, на короткое время осветило вершину Гестолы. Она отсюда казалась оранжевой трапецией с черными вкраплениями скальных выходов. Затем все быстро померкло и исчезло.

16-ый день 2 сентября

День обещал быть насыщенным. Поднялся первым Несчастный Глаз – был сегодня дежурным. На небе еще не догорели отдельные звезды. Температура чуть выше нуля. Было тихо и спокойно. Вода на леднике сочилась едва-едва. Её долго пришлось нацеживать кружкой. По пути обратно к палаткам поскользнулся и упал на жопу. Один котелок вывернулся. Отвел душу, - выматерился! Тихо в горах утром. Гулко. Пришлось возвращаться и скрупулезно набирать воду обратно.

Сбор лагеря. Замечательная фотография

Погода солнечная, не жаркая и способствующая хождению. Требовалось сегодня сделать много. Перемахнуть контрфорс, ниспадающий с Тетнульда через перевал Новичков 1Б. Спуститься на ту сторону, на ледник Цаннер или Оиш. Затруднительно то, что путь подъема в цирк перевала Новичков не однозначен и не просматривается совсем! Найти его нужно скорее интуитивно.

Вышли, сначала на спуск. С контрфорса к долине Нагеба ниспадали многочисленные крутые каменистые кулуары. Постоянно в них было желание свернуть. Мы пытались это сделать несколько раз, но быстро убеждались, что кулуары эти, скорее всего, «не наши» и вряд ли проходимы.

Появилось беспокойство. Уже группа сошла до границы, когда началась трава, и даже появились первые цветы розового Иван-чая. Нагеб далеко просматривался вниз. Там виднелся лес. Вряд ли выгоднее идти через низ.

- Блянть, не понятно, куда они тут пошли? Где поднимались! - Глаз сокрушался и все смотрел фотографии, сличая рельеф.

- А сюда ты не хочешь? - не растерялся Дмитрий Прокопенко.

Прямо против нас кулуар был шире предыдущих. Просматривались метров семьдесят подъема по крутому травянистому склону. Дальше был перегиб этого склона, там кулуар, очевидно, сужается. На разведку были отряжены Антон Мощный с Дмитрием Прокопенко. Разведали они довольно быстро. Идти неудобно, но в принципе ходибельно.

Мы поднимались косо вверх по траве, прижимаясь вдоль скал. Круто и иногда ногам было совсем не за что зацепиться. Проскальзывали то и дело. По сложной неровной линии вышли к сужению кулуара, где с шелестом стекал чистый водоскат-ручей.

Подъем вдоль ручья

Дальше поднимались вдоль него. В описании так и указано, что тоже авторы поднимались вдоль русла ручья. Было мокро и местами совсем неудобно. Но иной раз подъем по камням был представлен вполне неплохими ступеньками. Чем выше, тем явственнее ощущалось, что мы на верном пути.

Выход в цирк перевала Новичков

Ручей исчез. Кулуар перешел в некрутой живописный склон, поросший нежно-зеленой травой газонного типа с вмурованными в неё отдельными валунами и скальными останцами, покрытыми лишайником. Дальше был явный перегиб и выполаживание. Вышли! Мы были в осыпном цирке перевала Новичков! Уже по времени полагался обед.

Было здесь привольно. Солнце светило ласково. Не было мерзопакостной жары. А когда находила облачность, даже становилось прохладно. Осыпной цирк был живописный и вместе с тем какой-то тревожный. Отчетливо было перед нами перевальное седло Новичков с характерной скальной пирамидкой левее. Осыпной кулуар, ведущий  к седловине, серая среднеблочная порода. И чем выше, тем крутизна кулуара возрастает. До 30 градусов.

Седловина перевала Новичков 1Б 3405м 

Пообедали (без горячего, разумеется) и даже минут сорок полежали. Затем продолжили набирать сначала пологий, потом все увеличивающийся по крутизне подъем.

30 градусный взлет потом уже проходили не по типу временных ходок, но рывками. Эта сторона перевала не была определяющей. Последние метры, и, наконец, - ледовая подушка, седло перевала.

Тур. Записка от той же группы киевлян клуба «Глобус».

Высота 3405м. За перегибом подушки, - крутой ледовый сброс! Согласно описанию за 2013 год снежный склон 40 градусов. Слева (орографически) скалы, справа крупноблочная осыпь с бараньими лбами.

Седловина перевала Новичков. Выше всех Тихненген (на заднем плане)

За следующим на север гребнем ледник Китлод. Там над ним сгустилась облачность и похоже шел снег. В центре панорамы возвышался Тихненген (Трапецевидная гора с острым лезвием гребнем). Похоже непогода к нам сюда не собиралась. Стоило поторопиться.

Понуро одевали снаряжение. Нужно было спешить. Дело близилось к вечеру. Слева среди обломков осыпи Глаз увидел спусковые петли. Их было две. Та, что выше подразумевала спуск по льду вдоль бараньих лбов. Та, что пониже предполагала повесить веревку по бараньим лбам. Вторая петля показалась привлекательнее. В плане безопасности. Во льду чернело множество камней. Любой из них мог сорваться при плюсовой температуре совершенно спонтанно, и лететь им именно по траектории нашего спуска. Да и на бараньих лбах тоже много камней, которые можно сдернуть веревкой себе же на голову. Слишком опасен этот перевал Новичков для 1Б. Теперь перевал Новичков вряд ли хорош для Новичков.

Спуск по крупноблочной осыпи

Седловина перевала Новичков с характерным скальным зубом

Расбухтовали веревки. Первым запустили пушечное мясо с рацией. Мясо довольно скоро исчезло за перегибом бараньего лба. Мощный спускается быстро. Так вышло 50 метров.

- Веревка свободна!

- А там стоять есть где!?

- Есть!

- А дальше как!?

- Дальше нормально! – шипела рация.

- Без перил можно?

- Можно!

Дюльфер. Камнепадоопасно

Дюльфер по очереди. Глаз последний шестой. Тут раздался зловещий шелест! По склону из области седловины, набирая скорость, поехал здоровенный чемодан! Сразу поступательно, но потом, всё более набирая скорость, стал прыгать вскачь. Это было страшное зрелище! Он помчался в непосредственной близости от маршрута нашего спуска! Наконец раздался взрывоподобный «пушечный тон Стражеско»! Чемодан раскололся на осколки. И как при настоящем взрыве группу, ожидавшую на моренном борту, даже обдало осколками!

Накопитель на скальном борту

Жизнь или цепочка случайностей или нам помогает архангел-ханитель. Глаз спустился по сдвоенной веревке. Только бы сдернулась! Прокопенко с Мощным сдернули. В это время чемоданов не летело. Но вон сколько их торчит изо льда! В любой момент может вытаять или слететь со скал. Сюда!

Ну, конечно же, дальше нужно было повесить следующую веревку! Не повесили. Одни наблюдали за склоном, другие спускались. Тут уже было не так круто, но лед-бутылка! Кошки с ледорубом держали плохо. На три такта и почти раком (Глаз) под угрозой обстрела мы сошли и эти пятьдесят метров. Опасность представляли протаявшие полости. Дальше - лед, покрытый вмерзшимися камнями. Пренеприятнейше для ходьбы, как в кошках, так и без кошек. Все это скользко, мокро и влажно.

Ледник становился более пологим и поворачивал направо. Вместо «снега и спуска ногами» мы увидели что-то типа молодого моренного чехла, а уже ниже, значит, снежник с протаявшими полостями. А еще дальше вниз какой-то визуально нехороший перегиб склона! За ним только что-то похожее и пригодное для лагеря, - выполаживание. Спускаясь по снегу, уже давно были бы там. Но с глобальным потеплением ледники и перевалы уже не те! Деградация даже перевала Новичков за пять лет очевидна. Во что превратился спуск в северо-восточную сторону. Кавказ гибнет, тает, разрушается. Но не погибает он спокойно. Кавказ течет, плачет и лупит камнями. Стреляет слепо, но яростно и отчаянно.

Начались сумерки. Дальше спускаться было нельзя. Нашелся как раз восхитительный балкон.

- Будем стоять лагерем здесь!

- Глаз! Ну, может мы еще немножечко поспускаемся. Сколько тут идти то.

- Где вы собрались ночевать?! «Бери, пока дают!»

- Глаз-Глаз! Ну, вон же, там напротив, можно стоять - указывая на покатый бараний лоб, ввернул Дмитрий Прокопенко!

- Стоять будем здесь!

Это был замечательный на самом деле балкон. Одна площадка под палатку была почти готова. При нетрудоемких строительных работах другая тоже очень неплохо вырисовывалась. Камни с ледника сюда не попадали, мы были прикрыты скалами. Разве что могли свалиться с самих скал. Но большинство камней по идее палатки должны были перепрыгнуть. По леднику булыганы периодически с грохотом летели. Даже не смотря на то, что стемнело и похолодало.

Смеркалось. Воду добыли с трудом. Глаз варил питание. Вылезли звезды.   

 

Много мы сделали за день, но так и не спустились, куда требовалось.

17-ый день 3 сентября

Превосходный балкон

 Схемо спуска

На фоне полного штиля и блаженной тишины ночью раздался взрыв чудовищной силы. От него горы просто содрогнулись. Но мы были недосягаемы для этого чемодана, ночуя на своем балконе.

На фоне полного штиля и блаженной тишины ночью раздался взрыв чудовищной силы. От него горы просто содрогнулись. Но мы были недосягаемы для этого чемодана, ночуя на своем балконе.

Не завтракая с утра, начали спуск. Вся палатка Глаза недомогала. Признаки ротовирусной инфекции: невысокая температура, слабость и очень все время хотелось срать. Всякий аппетит напрочь отсутствовал. Погода все та же восхитительная. Лучше и придумать нельзя для восхождения на Гестолу.

Спусковой кулуар визуально

После того как собрали палатки, наш выровняный скальный балкон бросался в глаза своей репектабельностью. Движение вниз было неудобным. Из-за того, что требовались смены режимов движения. То кошки одень, то сними. Сразу спуск проходил по скользким камням вперемежку со льдом. Далее вышли на снежник.

Снежник

На границах с камнями протаяли неприятные полости. Кошки пришлось одеть, потом этот непродолжительный снежник закончился. Кошки пришлось снять. Спускаемся…

Бараньи лбы. Скальные сбросы

Путь преградили сбросы по бараньим лбам. Ничего подобного в описаниях не фигурировало. Бараньи лбы были мокрые, по ним стекали ручьи. Начали искать камень для спусковой петли. Выбор был здесь небольшой. Что-то таки отыскали, обвязали расходным шнурком. Пушечное мясо запустили без рации. Оно было и так видно визуально. Оказалось нужна вся веревка. Визуально было ближе. Спускаться пришлось по сложной линии, да еще и веревки динамят. По сложной оттого, что снизу на границе скалы и льда образовался протаявший щелевидный желоб. Попадать в него было никак нельзя.

Спуск по мокрым барвньим лбам. Дюльфер

Начали сбрасывать веревку. Закусилась! Зараза закусилась! Глаз так тщательно следил, чтобы никуда не попадала и не перекручивались между собой её ветви. Самым ловким и самым мобильным считался Мощный. Мощного и отправили снимать. Действительно веревка попала в щель на каком-то выступе.

Вниз по морене

Спускаемся. Тишина покой и превосходная погода. Морена. Осенью одиноко в верховьях этого непопулярного ущелья ледника Цаннер.

Вниз по морене

Вышли на поистине райское место. В моренном кармане лужа-озерко, ручей и площадки из мелкого гравия и лужайки из мха.

Поистине райское место

Здесь обедали, прилегли на полчаса. От еды Глаз отказался. Мутило.

Старые сильно разрушенные бараньи лбы

Потом мы маневрировали на спуск, лавируя среди старых разрушающихся бараньих лбов. Еще ниже стали встречаться ковры приземистых рододендронов. Лужайки мха стали более обильными и среди них живописные проточные лужи.

Мхи с рододендронами

К слияниям ледников Цаннер и Оиш круто ниспадает конгломератный склон. Глаз про это хорошо знал. Сброситься по веревке не получится, ибо их там нужно несколько. А застраховаться на таком склоне попросту не за что. Требовалось искать проход. Ноги сами тянулись к руслу ручья. Даже одно время на траве увидели человеческие следы.  Лавируя дальше, вышли к руслу ручья и продолжили спуск вдоль него. В конгломератном склоне ручей проделал овраг. Мы шли среди камня, грязи,пыли и этой ниспадающей воды. Шли постольку-поскольку. Иногда приходилось прибегать к элементам лазания.

По ручью среди конгломератного склона

Спускались дружно, старались при этом не разбредаться. За две ходки от завтрака добрались мы до матового мутного льда ледника Цаннер.

Трудоемкий спуск по ручью

Верховья Цаннери особенно эта ступень, где мы были сейчас особенно живописны. Трапецевидная Гестола, правильная пирамида Тетнульда одинаковая с Гестолой по высоте, зажатый между ними ледопад Оиш с перевалом Добровольского в апогее.

Ледник Цаннер нижняя ступень

Пересекли ледник перепрыгивая желоба с многочисленными ручьями. На моренных площадках оставили заброску. В тур из камней зарыли что, что нам не нужно. Через эти моренные площадки нам возвращаться.

День был в разгаре, но время перевалило за обед. Требовалось идти.

- Смотри-смотри! Летит!

Примерно на высоте Гестолы, но может быть немного выше и со стороны России вдоль хребта летел самолет беспилотник. Он оставлял за собой короткий шлейф. Не понятно, на какой он тяге и очень сложно было оценить его скорость и размеры.    

- Вот сука! - Все со злорадным удовольствием отследили мы «очи пограничников».

- Это газотурбинный беспилотник, - не растерялся Дмитрий Прокопенко.

Вид на наш маршрут с Тетнульди

Глаз придумал довольно логичный (и необычный) путь на Гестолу. И если бы наверху повезло со снегом, то можно ограничиться минимальным количеством перил. Мы выдвинулись, полого набирая по леднику Оиш, пока, наконец, не добрались до основания ледопада. Ледопад обходят орографически по правому моренному борту.

Не то сераки, не то кальгаспоры

Здесь были гигантские глыбы, грибоподобные сераки, похожие на кальгаспоры. Борт ледника пыльная крупно и среднеблочная морена. Местами очень живая. Шли ходками по сорок пять минут.

По левобережной морене Оиша

Нужно было подняться до того места, где к леднику вплотную подходят бараньи лбы. Дальше пересекать ледник к двум ниспадающим ручьям откуда-то из района цирка перевала Западный Чурлениса. Эти два ручья были очень хорошо отсюда видны. Йа там на моренном борту в районе устья этих ручьев и планировал стать сегодня лагерем. Туда мы пока что успевали.

По левобережной морене Оиша, подход к бараньим лбам

Идем дружно. К концу второй ходки (от заброски – 1ч.30мин ЧХВ) дошли до тех самых бараньих лбов, которые подходят вплотную к леднику.

Конец вторй ходки

На ледник выйти не просто. Между мореной и телом ледника много трещин, протаин и полостей. Одели кошки. Пришлось сложно лавировать.

Пытаемся пересечь Оиш

Поднимаемся косо вверх в направлении тех самых ручьев. Сначала было хорошо. Но вот появились трещины. Мы стали блуждать, обходить. Лабиринт нас затянул в ловушку. Глубина и ширина между трещинами все увеличивались.

В лабиринте

Сразу мы блуждали по столам, но чем дальше, тем все более по лезвиям. Уперлись, наконец, в эти бритвы, когда и ни туда, ни сюда. Глаз матерился, да что там на стихию то материться. Утро вечера мудренее. Неизбежно пришлось становиться на ночевку.

Гестола и Тетнульд

Солнце заходило сегодня долго. Уже все кругом давно было в тени, а оно еще освещало вершинную трапецию Гестолы и правильную пирамиду Тетнульда.

3 сентября 2018г. Тетнульд на закате   4858м                                                                                            Вершина Гестола 4860м

Коллектив, орудуя ледорубами, принялся обильно срабатывать места под палатки. Глаз изобрел с Мощным, чтобы не уставать, сменять друг друга на номере после пятидесяти сильных ударов!

Наши мытарства

Маша недомогала и сидела в двух куртках. Дело шло. Началось оно, когда еще было светло, завершены строительные работы были в темноте. Палатки стояли. Стояли ровно. 

 

18-ый день 4 сентября

Утром Глаз и Мощный, одев обвязки и прихватив снаряжение, вышли на разведку. Может, как то можно пересечь ледник. Идеальная безветренная погода. Симптомы ротовирусной инфекции прошли. Появился аппетит и уже не хотелось постоянно срать!

Разведка быстро захлебнулась. Повсюду, куда ни кинь, были ледяные лезвия. Даже если облезть одно, два, три пять этих лезвий…, бессмысленно. Конца и края им нет. Не известно, за какое время  бы мы пересекли этот ледник. Но и назад же придется возвращаться! Все веревки опять вешать. Не сказал, оплетки двух из трех имеющихся веревок (зеленая точно позавчера) были перебиты камнями. Обе причем почти посередине.

Протаявшие и сужающиеся книзу желоба… Глубокие, щелевидные. Каждый если перелазить, то на каждой точке перегиба бур (брали четырнадцать). Если вверх, то с якорями. Пять, десять, пятнадцать метров. Это не перила на склоне. Немыслимое по времени (и силам) занятие по навешиванию такелажа.

Вернулись мы с Мощным к левому борту ледника. А вдруг это все выше можно попробовать обойти. Но и подняться выше тоже оказывается невозможно! Здесь ледник вплотную подходит к скальным стенам. Он также сильно протаял так, что получился забор поперечных морщин. Которые вплотную примыкают к отвесной скале, что не облезть никак. Кавказ гибнет, рассыпается, тает, разрушается… Большинство ранее популярных маршрутов и вовсе закрыты. Летом, по крайней мере.

Мы были мотивированы. Но - от Гестолы пришлось отказаться! Да и времени на неё уже у нас не было. Недавно читал, что какая-то группа по этой же причине недавно не смогла даже подойти к Аймале (они на неё собирались). Ледник превратился в ледопад. Такое мы уже испробовали в прошлом году, спускаясь в Осетии с Цея.

 - Что, Глаз, делать будем?

- Ну, что, сходим на верхнюю ступень ледника Цаннер. Это тоже не просто.

Объективное восприняли, как объективное. Группа была хорошая. Все самоорганизованные. Не было откровенных аутсайдеров. Глаз получился относительно самым тихоходным и неуклюжим. Хозяйство велось всегда автоматически. Ни разу не возникали присущие накопившейся усталости распри.

Понуро сворачивали наш лагерь среди этих ледяных сераков. Светило солнце. Без очков уже трудно было что-либо делать. Гестола блистала в солнечном свете. Недосягаемая. На нашей высоте пыль и грязь, - уже давно не было осадков и минуса. Лед здесь с вкраплениями пыли. А выше, на склонах, снег белел своей кристальной чистотой.

Теперь уже обратно мы спускаемся по тому же левому борту ледника Оиш. Хоть шли на спуск, но не быстро. Морена настолько хаотична, а камни и блоки подвижны, что продвигаться получается только с определенной скоростью. Отдельные растущие кустики ярких цветов среди этой безжизненной морены и на фоне ледников выглядели особенно пейзажисто.

Даже вызывающе контрастно. Чтобы вернуться на Цаннер к заброске потребовались все те же две ходки по 45 минут.

Подъем на верхнюю ступень ледника Цаннер

Вид на конгломератный склон, спускающийся к Оишу

Наши моренный площадки

Тур разобрали. Поели и прилегли на неполный час. Галечная площадка здесь образовалась как нельзя лучше. Можно даже загорать при безветрие (а ветра и не было). Только вместо воды ледник.

- Смотри-смотри, пошел!

- Где!?

- Вон-вон-вон!

Очередной самолет беспилотник, оставляя короткий газотурбинный шлейф, бесшумно и прямолинейно бороздил небо недалеко от хребта. Мгновение и скрылся за трапецией Гестолы.

Уставший путник

Рекогносцировка

Выдвинулись по моренному борту Цаннера (правому орографически). Увидели туры. Туры нас увели не туда. Нужно было траверсировать склон, очень неудобный и небезопасный, а мы, полагая, что траверсируется выше, увлеклись наверх. Лезли все дальше, а склон становился все опаснее.

Мление

Он был конгломератного типа, но с большим количеством скал. Ходьба давно уже перешла в лазание. Чтобы удержаться, нужно постоянно придерживаться. За что придется. Если не было подходящих камней, тогда за склон.

Главное вовремя остановиться. Но остановились уже поздно, когда и спускаться было весьма опасно. Обычная матерная брань со стороны Глаза. Вниз возвращались гораздо медленнее, чем мы сюда залезли. А залезли довольно высоко. До льда, нашего родного, было далеко.

Шли (спускались лазанием) плотной группой. Каждый булыжник из-под ноги превращался в разящий снаряд. Его нужно было вовремя остановить. Спускались не просто, слазили. Иногда ледорубами для опоры сооружали импровизированные ступени. Без истерики, хладнокровно… Ну, Глаз, разумеется, отводил душу, ругался.

А живописно ведь вокруг. Слияние ледников на фоне осиянных вечерним солнцем двух незыблемых ледовых изваяний Тетнульда и Гестолы. Безветрие и тишина, только снизу шумит стекающий с ледника поток.

Туры.

- Глаз, разбей их!

Кто и зачем их сложил. Буквально два на этот бесперспективный, да и невозможный, нелогичный подъем. Время подъема на верхнюю ступень Цаннера было безвозвратно упущено. Решение – возвращаться к заброске, на наши родные моренные площадки. Не пришли мы сильно измотанные. Группа наша была стрессоустойчива. Деловито бивуачили. Формат похода был экспедиционный…

Гестола 4860

Заходило солнце. Две одинаковые по высоте ледяные пирамиды стояли незыблемо. Тетнульда и Гестолы. Между ними ниспадающий ледник Оиш с перевала Добровольского. Стемнело. Небо вызвездилось.

 

19-ый день 5 сентября

Так случается, что многие события у меня происходят или дважды или со второй попытки. На реку Умба попадал два раза, как и Колвицу, Малый Инзер взять, – два раза. Или на Лемезу, мы попали со второй попытки опять же. То же Эльбрус, Лайла, Тетнульд. Спортивная составляющая этих любительских походов, правда, не высока. И тут, - в процессе написания этого рассказа случайно обнаружил отчет за 2018 год (!), как можно успешно сходить на Гестолу. Я чуть не охуел! Был бы такой аналогичный за 2017 год, «плясал» бы совершенно по-другому. А, может, и к лучшему, что складывается именно так. Случайностей не бывает. Возможно, не готовы мы были туда (на Гестолу) и соваться.

Ларчик, оказывается, просто открывается! Идти нужно в конце весны (конец июня по ихнему)! Эмоции тут неуместны, буду ещё все скрупулезно изучать. После беглого ознакомления появился идефикс, - через два года пойдем на Гестолу! Подходы теперь уж разведаны более чем. С запасом времени пойдем. Потихонечку, без цейтнота, методично. Если у меня в голове что-то засело, уже выбить непросто. Будет еще попытка восхождения на Гестолу... Но, в рамках горнотуристического похода, естественно, нежели отдельного радиального альпинистского восхождения! А группа… Группа будет!

Траверс конгломератного склона

Мы шли налегке. Нас пятеро. Леха Михасевич подвернул лодыжку и в радиалочку с нами не пошел. Туры… Теперь уже не полезли мы набирать выше, как вчера. А стали, это, траверсировать. Конгломератный склон самого мерзейшего свойства. Ботинок фиксируется из ряда вон как плохо и даже на грани фола. Идем, пыльно траверсируем. Стремновато. Среди этого безжизненного конгломерата некие отдельные желтые цветы типа сурепки. Яркие, насыщенные.

Прошли мимо чистого водопада, стекающего по сильно разрушенным бараньим лбам.

Снежник. Более мощный и мутный стекающий с ледника водопад, - начало реки Цаннери.

Погода просто шепчет. Солнечно, но не душно, как при переходе Сванского Хребта. Когда за сутки теряешь много литров воды и эти проклятые мухи.

Счастливая женщина

Идем. Сначала конгломератный склон покруче, потом пологий. Так шли мы, пока не уперлись в бараньи лбы. Бараньи лбы не сложные. Вверх по очереди лазанием, чтобы не сбросить камень на соседа. Вылезли, лежит брошенная лента, даже стропа.

Уставшая женщина

- Вниз, только дюльфер, - не растерялся Дмитрий Прокопенко.

Естественно, дюльфер. Как раз эту трофейную стропу и обвяжем. Только обвязывать здесь особо нечего.

Последняя трава перед льдом. Удивительных размеров трава в виде отдельной поросли. Это Мятлик Луговой.  Одиночные туры, - здесь иногда ходят.

Трудоемкая неровная морена. Вышли на пологую ступень ледника, матового, карамельного. Поели, остановившись против цирка перевала Комарова Китлодский (2А).

Мрачный ледник. Депрессивный. Мы за много дней похода устали. Психологически тоже. Полчаса сиеста. Группа просто лежит. Понурые. Что поход подходит к концу уже начало явственно ощущаться. Вот именно сегодня.

Идем по пологой части ледника. Долго и уныло. Быстрее нельзя. Хоть пологий, но подъем. Восхитительные, однако, виды. Голубое небо и небольшая облачность. Постоянно летают беспилотники. Ляльвер во всей своей красе. Крутоват подъем на Ляльвер. Да и стенки есть отвесные. По описаниям, это ключ восхождения на Гестолу, - вылезти на башню Ляльвера. Дальше топотуха, очковая, конечно, но не перила, а именно топотуха. Одна веревка только на самую вершину.

Идем по пологой части ледника

В левой части кадра подъем на Нижний Цаннер выглядит как ледопад

Перевала Средний Цаннер не видно. Подъем на Нижний Цаннер очень сомнительный. Все протаяло. Широкий некрутой склон весь в чудовищных разломах.

- Нижний Цаннер, ребята, теперь не ходится.

Даже издалека не просматривается приемлемая траектория движения.

Центральная ледниковая морена

Развилка. Тут центральная морена Цаннерского ледника. Перевал Семи 2А как на ладони.

Перевал Семи 2А и вершина Тихненген 4611

Седловина Семи. Сентябрь 2014г

Глаз спускался с него в 2014г. Скальная громада-бритва Тихненгена (4611). В сети пишут, что на него за все время восходили всего несколько групп. Не популярен Тихненген. Отсюда хорошо визуально виден и Верхний Цаннер. Верхний, Средний и Нижний, - все три 2А.

На заднем плане Ляльвер

- На Верхний можно пройти!

По мере набора на Верхний Цаннер сменился ракурс. Открылась не досягаемая в этом походе Гестола. Ляльвер.

Безветрие. По леднику бегут многочисленные ручьи. Летают и летают беспилотники. Что-то они зачастили. Идея была зайти на Верхний Цаннер. Посмотреть из Грузии на Россию, на панораму Безенгийского ледника. Беспилотнику показать чистую, белую жопу, пускай фотографируют и потом идентифицируют.

Связались: ледник стал закрытый. Идем. Нервно идем. Ледник дальше страшный. Потому что закрытый. Снежные пробки очень эфемерны, больше бутафорские. Под ними серьезные трещины. Сразу я почувствовал это интуитивно, потом убедился визуально.

Дальше всего в кадре конус Гестолы 4860м

Фотосессия. Очередной беспилотник. Ляльвер, Гестола. Рукой подать до Верхнего Цаннера. Но по времени - это точка невозврата!

- Все, ребята, умейте проигрывать! Нам только вниз. Наташа, а ты что расстроилась?

- Ну, я же перфекционист.

Вовремя отказаться и повернуть назад очень важно. Может и жизни стоить.

Фото из сети

А назад шли быстро, взяв ноги в руки. Воду пили не останавливаясь. Глаз черпал из ручьев каской. Вечерело стремительно. Немного блудонули на спуске по моренным складкам. Глаз матерился сильнейшим образом.

Бараньи лбы и дюльфер.

Ленту удалось приспособить, обвязав несколько камней, лежащих один на другом. Метров семь не хватало. Начинали спускаться, еще были сумерки. Глаз последний уже в темноте. Сдернулась через ленту веревка легко (даже без кольца, а брали и расходные кольца). Эти семь метров Глаз (самый неуклюжий в группе) слазил долго. Процесс подкреплялся самой крепкой ненормативной бранью. Требовал посветить фонариком. Светили. Слез с горем пополам.

Все получилось как обычно по глазовски. Благо Прокопенко, зная особенности этих походов, взял яркий фонарь. По крутому склону с бараньими лбами так и спускались. Потом Глаз, падая, отбил мизинец на руке, еще ниже большой палец на ноге. Также стремно преодолели траверс конгломератного склона. Кое-какие ступени проделали по пути вперед, но теперь, обильно орудуя ледорубами, эти ступени дорабатывали.

Внизу определенное время видели фонарик Лехи Михасевича. Потом все погасло. Мы блуждали по морене, спорили, где палатки. Глаз матерился и сокрушался, дескать, неужели, фонарик в палатке так сложно зажечь (тогда видно очень далеко).

 

Мытарствуя по морене и даже вымазавшись в грязь, пришли таки в лагерь. Переодевались, ужинали. Алексей решил, что мы где-то стали ночевать (ну, только если холодная ночевка) и вернемся лишь назавтра.

На этих площадках все было уютно и по-домашнему. Полный штиль. Падали звезды.

 

6 сентября 20-ый день

Мы уходили вниз, но я знал, что еще сюда вернусь. Леха Михасевич показал против лагеря крутой склон. Вчера здесь он остался один и созерцал, как там фривольно прогуливается стадо горных козлов.

Шли мы по пологому леднику. Он был присыпан каменной крошкой и оттого не скользкий. Глаз показал аудитории «пьяных ежиков». Это такие своеобразные ледяные грибы, сплошь утыканные мелкими камешками.

Привалились через сорок пять минут. Не могу даже предположить, как они образуются. Во льду здесь рядом шумел чистый прозрачный поток, сифонно и канализационно. Одинаковых горных долин не бывает, все уникальны и неповторимы. Но ущелье Цаннери особенно трансцендентно. Оно дальше резко и каньоноподобно сужается. Мы ползли по морене.

Пыльной и грязевидной. Граница ледника заканчивалась. По весьма водоносно и многорасходно начинающейся реке плыли отдельные куски льда.

Были здесь замечетельные галечные площадки и даже отдельные кустики ромашек. Если прилечь закрыть глаза, казалось, что морской прибой. Но это шумела мутная вода Цаннери.    

Чтобы спуститься вниз, нужно подняться и обойти по верху бараньи лбы. Белые, гладкие. Это совершенно своеобразные бараньи лбы! Они поросли кустиками и выглядят весьма аутентично. Поднимались методично. Это была наша третья ходка.

По крупным камням русла высохшего ручья. Блять удобно, будто по ступеням.

Привал и обед наверху на апогее бараньих лбов. Черника вокруг. Много и крупная. Паслись, собирали. Обед сделали здесь же. Блаженная осенняя тишина.

Вниз еще путь своеобразнее. По выглаженному камню. Мы лавировали среди растущего здесь угнетенного березового криволесья, перемежающегося с порослью рододендронов.

Направо бараньи лбы круто обрываются в ущелье, влажное и сумрачное. Слышно, как внизу бушует вода. Влево скальная стена.

Продвигались спокойно и планомерно. За день до Жабешей спуститься очень проблемотично. Глаз говорил дяде Малхазу, что придем 7 сентября в обед. То есть завтра.

Дальше, - дюльфер. По камню. Наташа носила превосходный синий снурок. Отрезали сколько требуется, и обвязали камень. Выход был совсем неудобный. Нужно было умудриться пролезть с рюкзаком в щель, и еще дальше там развернуться. Как водится, здесь стекал и ручеек. Он сочился прямо из скалы. Поэтому спускаться было скользко.

Чтобы друг другу ничего не сбросить на голову, отходили в сторонку. Спутились спокойно. Весельчак-Глаз сдернул веревку.

Потом, как и вчера, траверсировали неприятный конгломератный склон. Ступени проделывали лопатками ледорубов. Какой-то здесь след был, но совсем ненадежный. Складки конгломератного склона и мы, наконец, в березовом лесу с рододендроновым подлеском. Хоть сентябрь и здесь выше, чем на равнине, но осень досюда еще не добралась. Листва зеленая. Но чувствовалось преддверие. Нашли даже и грибы, но варить их не стали. Глаз сегодня, кстати, дежурный.

Неполный час мы спускались по лесу, пока не вышли к слиянию Нагеба с Цаннери. Точнее не слиянию, а впадению первой во вторую. Цаннери мутный,  стремительный агрессивный. Нагеб почти прозрачный.

- Завтра, Наташа, будем переходить через Нагеб. Привяжем тебя веревкой, двумя, точнее, усами и запустим на тот берег. Ты - пушечное мясо.

Но Наташа не хотела быть пушечным мясом.    

 

Глаз варил ужин. На газу варил. Но как настоящие туристы мы разожгли костер. Яркий полыхающий. Стемнело, в горах было тихо. Шумел Цаннери и впадающий в него Нагеб.

      

21 день 7 сентября

Нагеб переходили по очереди по березовым жердям. Навешивание страховки, а значит и запуск пушечного мяса не потребовались.

Ночью прошел дождь. Некстати. Камни, тропа, ветки, - были мокрые. Идти скользко. Камни и так покрыты лишайником, ослизненные. Того и гляди, чтобы в последний день не получить травму. Пейзажи на этой не сильно то и набитой пограничниками тропе сродни фотообоям. Особенно теперь, зелень была умыта после дождя и блистала всеми своими оттенками.

Шли в основном через лес по тропе, иногда спускались по моренным выходам.

По отдельным турам и ориентировались. Так вышли на старые, перегораживающие ущелье бараньи лбы. Место особенно оригинальное и пейзажистое. Вниз открывается живописная панорама. Ради этого устроили фотосессию. Как индивидуальные кадры, так и групповые. Глаз придумал играть в игру «Великан Сергей». Он практикует фотографии именно когда группа в прыжке.

- Послушайте, у нас же вот такой фотки и нет, - Глаз проинструктировал, что когда подпрыгиваешь, нужно вскричать. – Я Велика-ан! Большая часть кадров выходила неказисто. Прыжок получался не синхронизированный. Мимо пролетало маленькое стихийное облако.

- Ну, вот, присели, как будто срать хотите.

Вода есть в каменных лужах. Здесь даже можно стоять лагерем. После этих гладких и выбеленных бараньих лбов нужно спуститься по деревянной лестнице на каменную пробку. Пробка закупорила ущелье Цаннера и благодаря этому можно пройти на тот правый проходимый борт ущелья. Это такой совершенно своеобразный скальный обломок. Замшелый. От тени нависающих деревьев сумрачно. Внизу в скальном каньоне Цаннери бушует, словно в преисподней.

Глаз спустился по лестнице. Лестница, конечно, стремновата. Рюкзаки спустили по веревке. В качестве блока использовали превосходную ветку.

Движение по правому борту долины еще более трансцендентно.

В сыпучем склоне проделаны довольно эфемерные следы, а склон довольно крут.

Если бы шли в первый день в обратном направлении на подъем, - то еще удовольствие. Условная тропа лазила весьма хаотично.

Так было сорок минут, - целую ходку. Вышли потом уже на сильную, каменистую тропу, по которой ходят коровы. И здесь шлось интересно между цепких кустов лещины, зарослей рододендронов, иногда тропа выходила к скальным обрывам, велась над пропастью беснующейся Цаннери.

На закуску, перед выходом в цивилизацию природа нам предложила дорогу с непролазным кустарником. Кроны его смыкаются на высоте человеческого роста, чуть ниже проход удобный, - вот как раз в рост корове. Двигаемся, это, значит по тропе, друг друга не видим, только шелест веток, бьющих по рюкзаку, да нецензурные изречения идущего сзади.

Лужайки, пасторальные пейзажи и вот мы как и планировали, как и обещали, приходим в Жабеши.

Жабеши аутентичны. Сюда в сельскую местность не торопятся добираться современные стеклопакеты и заборы из металлопрофиля. Все, как и век назад, сванские башни, кладка из камня.

Все хорошо, только какой дом Дяди Малхаза и вообще, как его искать.

Группа за поход морально устала. Начали бродяжничать, раздражаться. Где живет Дядя Малхаз справились у местных респондентов. Показания несколько рознились, но, в общем, указывали влево и вверх.

Еще не дошли до дома, но опознали мальчика на велосипеде.

Как обычно, нас рады были видеть. Не было только Максима, Летчика-Пенсионера с Алесей и Алексеем. Нам сообщили, что он говорил, вернется именно седьмого. То есть вот сегодня.

Появился Максим в разгар трапезы. Это было поистине Лукуллово пиршество. Так как финиш похода, - снедь ценилась особенно сильно. Естественно, было всё по национальному: по настоящему по-грузински. Чача и вино прилагались тоже. Глаз быстро осклабился и впал в состояние алкогольного опьянения, но именно такого, которое блаженное. Прием был одним словом самый радушный.

Я знал, что попросят продать веревку. Естественно, ни для какого ни для альпинизма, а стреножить и навязывать животных. Две веревки были битые камнями, а у одной уже и срок службы вышел по годам. Её и подарил.

В Грузии, а в Сванетии и подавно, к застольям и алкогольным напиткам относятся поощрительно. Любящих и главное умеющих поддать уважают. Пили в доме, пили на крыльце и даже временно соорудили стол на прицепе. Я пообещал дяде Малхазу, что его постой буду рекомендовать, интересующимся Грузией. Да и вообще на Гестолу, дай Бог здоровья, нужно будет сходить еще. По крайней мере, попытаться.

А дальше была дорога домой. Дорога в «машине времени». Она не запомнилась мне тягостной. Прошла мимолетом, на одном дыхании.

Душевно прощались и пили на посошок. В дорогу нам собрали сыр, лепешки, чачу. Выехали на закате.

Заехали в Местию в магазин. Маша и пьяный Мощный ушли в сувенирную лавку. Вернувшись, им объявили, что с нами дальше поедет пассажир. Вот, дескать, его рюкзак, а его за чачей отправили… Поверили не сразу. Пассажир - Георгий из Австрии. Но немного говорил по-русски. В бусе много пили и привлекали Георгия.

Австрией Георгий (слева) поначалу не очень был уверен, те ли ему попались попутчики

Тот смотрел с опаской. Внимательно рассматривал какую-то свою фотографию. Оказалось - он сфоткал логотип Магадана на чьей-то майке и изучал.

Ночью лопнуло одно из новокупленных Летчиком колес. Меняли. Георгий принимал активное участие. Ночевка выдалась на задворках какой-то деревни. Георгий ночевал с нами в лагере в одноместной своей палатке. Пьяный Глаз пригласил его пойти в поход на Тянь-Шань.

 22 день 8 августа

Утром разбудил голос женщины - гнала на пастбище мускулистых коров. Летчик торопил собираться.

В каком-то городе отрядили Мощного за чачей, которая расходилась очень быстро). Жарко.

Высадили Георгия на заправке. Довезли ближе и удобнее, чем он планировал изначально. Георгий хотел сфотографироваться со всеми на память. Фотографировались.

Долго ехали, и, конечно, пили. Пересекли границу. В дьютифри покупали преимущественно спиртное.

Ночевали в поле вблизи деревни.

23 день 9 августа

Глаз назначил дежурным Прокопенко. Отправлял в деревню за яйцами для омлета. Здесь было ровное поле, довольно близко жилые дома. Среди поля одинокий склеп. Алексей Керенский отправился было по нужде. Пришёл со стеблями.

- Скажите ка мне, это оно!?

- Дай понюхать, ну-ка… Ух ты! Это оно!

Нашли коноплю! Сориентировались-свернули косячок… С собой брать траву в дорогу Глаз запретил. Выехали. Скурили косячок. Вскоре машину остановил то ли гаишник, то ли пограничник… Но коноплей уже вроде бы не пахло.

Закончилась водка. Глаз страдал. Магазины не встречались на трассе.

В дороге стал быстро расходится купленный на границе алкоголь, который планировалось довезти домой.  Выпили вино Прокопенко и водку Мощного, что предназначалась в подарок начальнику. Те потом не могли того вспомнить и поверить.

Ели в кафе с массажным креслом. В кресло посадили нетрезвого Глаза. Хорошо ехали, хоть медленно зато весело и беспечною. Максим был в статусе водителя и рангом значительно выше. К нам относился с некоторым превосходством.

Магазин с водкой искали прицельно. Глаз требовал. Нашли. Было куплено 5 бутылок водки Glazov. Запас которой иссяк к середине следующего дня.

Ночевали прямо на помойке.

- Это наша тема, - хорохорился Глаз.

24 день 10 августа

Максим торопил со сборами.

Пели песни хором. Наиболее популярной была песня Арии «Надо мною тишина,….». Глаз пел ее постоянно, путая слова.

- Хорошо-хорошо! Давайте начнем тогда заново, - Глаз пребывал в превосходном расположении духа.

Курили по двое в форточку на переднем сидении (удавалось лишь в дуэте с Мощным).

Снова искали магазин с водкой. Нашли к ночи.

Ночевка в лесополосе. Очень мусорно, считай, опять помойка.

25 день 11 августа

Стоял тихий сентябрь. Всегда умиротворенный и такой прекрасный. Мощный рано утром, как по часам, пришел опохмелять Глаза. Глаз придумал еще вчера палатки не ставить, но лечь прямо в березовом перелеске, столь типичном для брянщины.  

Ходили фотографироваться к катушкам соломы. Здесь было их собрано превеликое множество. Машу, как трезвую, Глаз и Мощный отправили залезть наверх пирамиды. И даже подначивали подпрыгивать на самом верху.

- Ты подпрыгивай и кричи: «Я Великан!»

Во второй половине дня были в Орше. Леха Михасевич уехал в Жлобин на поезде.

 Снова перегружали вещи в салон буса из прицепа (ибо нет страховки). Вообще, Максим, конечно, устал и был намерен завезти нас на вокзал, а уже нам значит дальше на электричке. Нужно было заинтересовать завезти прямо на Глазову дачу. Заинтересовали.  

Томились в ожидании Максима. Жарко. Пьяницы (два оставшихся Алексея) катались на детской площадке с горки.

Со стороны это выглядело настолько значительно, что казалось, в мире больше вообще ничего не существует.  Кошка Максима, которую он хотел взять с собой в дорогу, увидев нас, запаниковала. Кошку Макс унес домой.

Теперь ехали к Глазу на дачу. Очень жарко. Глаз изнывал, ругался.

Прогорел глушитель. По дороге из Орши в Минск машина дико тарахтела. Особенно, когда газовали. Глазу нравилось. На подъездах между Смиловичами и Дукорой снова лопнула новокупленная в Грузии шина. Меняли. Глаз показал деревню с нетривиальным для Беларуси названием «Голомберг».

- Все думают, что тут знатный еврей жил. А я узнавал, так это в деревне Дукора жил пан Дукор, так вот у него эконом был немец по фамилии Голомберг и жил на выселках.

Поход закончился у Глаза на даче баней и застольем. Максима отпустили. В нужное время приехал Миша Миндибеков на бусе.

Миша Миндибеков развез всех по домам.

Стратегический поход номер 80 завершился. Запланированная программа выполнена не полностью, но каждый день был уникальным и неповторимым днем отпуска, который даже помниться отдельным событием. Вопреки обычному отдыху «на море». В целом получилось все красиво и едва ли кто-то хоть на толику недоволен. Эконом-класс, интересно, динамично, аутентично. Спасибо коллективу, у нас была замечательная группа!...

  

 

 

 

 

 

 

 

   

      

      

  

 

   

 

 

 

 

 

 

 

 

 

         

 

 

 

Оцените этот материал:
Октобер Вел 2018
Велофотоотчет "Нарочанский" 13-14 октября 2018 г.

Люди, участвующие в этой беседе

Оставьте свой комментарий

Оставить комментарий от имени гостя

0
Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором. Чтобы избежать этого - зарегистрируйтесь.
правилами и условиями.